— Почему тебя не волнует яд?!
Опять рассмеялся.
— Потому что ты предсказуема, женушка.
Смотрел на нее весело. Явно получал удовольствие, что раскрыл план. Казалось, коварный и продуманный.
— Я из королевской семьи оборотней. Мы знаем, с кем живем по соседству, — решил разъяснить ей Верн. — Ваша порода любит эти штучки… с ядами. Всех наследных детей к ним приучают. Я на отраву не реагирую. Разве забыла, что уже кусала меня твоя гадина? Так что можешь экспериментировать, маленькая.
Тотчас до Греты дошло, что не спасет отвар ее тело. Что сейчас он проржется и полезет к ней с поцелуями. А она никогда не сможет отбиться от оборотня. Даже применив магию. Даже будь у нее нож, не успела бы навредить животному. Не равны они.
Грета вжалась в стенку, а он заметил. Никогда прежде она не видела такой самодовольной улыбки.
— Готова? — игриво спросил Верн. — Будешь кричать? Или кусаться? Исцарапаешь мне спину?
“Боги, надо было мне яда выпить, — сжалась под его взглядом Грета. — Как бы до чайника добраться”.
— Успокойся, Грета. Я тебя не трону.
— Что?
— Что слышала. Можешь расслабиться.
Грета сползла на кровать, все еще не понимая, шутка это или Верн серьезно.
— Почему? — осторожно спросила.
— Потому что я знаю, от чего случаются дети, — посмотрел на нее холодно. — Думаешь, я позволю тебе стать королевой-матерью? Нет, маленькая. Ты будешь только куклой с короной. Никаких наследников с поганой колдовской кровью. Я забрал у тебя все. Забираю и власть над телом. У тебя никогда не будет детей. Не позволю, чтобы по моему дворцу бегало маленькое белокурое совершенство и радовало сердце невинными глазками. Не хочу видеть, как твой ребенок растет. Как расцветает в нем красота матери. Ты ведь, Грета, даже не представляешь какая ты… Не будет у тебя ребенка. Никто никогда его не полюбит и не будет мучиться.
Грета не нашлась что ответить. Просто глубоко вздохнула, чем почему-то вызвала злость у оборотня.
— Забирайся на спину! — приказал он, обернувшись.
— Я…
— Молчи!
Грета залезла на лигра, и тот выпрыгнул в окно. Промчались по саду, затем Верн забрался на крышу дворца, все выше и выше с каждым прыжком. Грета жмурилась, лишь бы не видеть, куда несет ее оборотень. А ветер становился сильнее, и забираться Верн начал по стене отвесной. Рискнула, открыла глаза и вышине ужаснулась. В тот же миг лигр добрался до места желаемого — впрыгнул в окно старой башни и со спины на пол Грету сбросил.
— Здесь твое место! Не желаю больше видеть тебя в моей спальне!
Она поднялась и осмотрела полукруглое помещение. Несколько окон с витражами. Яркие, пусть и мутные от пыли. Небольшая спальня с узкой кроватью и покрытой чехлами мебелью. Никто сюда не заходил лет сто, а может, и больше. Мрачно, холодно. Паутина и занесенные ветром хрупкие листья.
— Что это?
— Темница благородных душ, — ответил Верн. — Твое вечное пристанище.
— Что?
— Темница эта соответствует статусу “Ваше Величество”, — усмехнулся Верн. — Тебе ведь так важны титулы и звания. Не благодари, душа моя. Будешь жить здесь. Наслаждаться своей благородностью. Задирать нос. Возвышаться над всеми. Посмотри, сколько тут окон. Все королевство у твоих ног. Будешь наблюдать и стариться.
Он подошел к окну, через которое сюда впрыгнул.
— Все необходимое тебе будет приносить журавль. Будете жить долго и величественно, моя королева.
— Ошейник, кандалы, темница. Мой король знает, как ухаживать за дамой.
— Из темницы этой можешь выйти, — сказал Верн и сорвал со стены один из гобеленов. — Вот и дверь. Магу по пути порадуются.
— Кто?
— Захочешь выйти, узнаешь.
Он обернулся вновь лигром.
— Рада, что могу избавить себя от твоего общества.
— Язви. У тебя для этого много времени. Ты, Грета, сгниешь в этой башне. И вместе с тобой иссякнет род великих магов.
— Глупец! — крикнула ему в спину. — Ты и себя связал этим браком. Пока я здесь заперта, ты не сможешь жениться. А полюбишь какую-нибудь девушку? Что тогда будешь делать?