Глава 1
ГЛАВА 1
Три года спустя
165г. после взрыва
- Алиша! Стой! Остановись! Ты уйдешь отсюда только через мой труп.
Отец поймал меня уже у выхода за забор нашего трехэтажного дома, построенного еще до войны.
- Я уже ушла, пап. Ты не можешь меня остановить. Скажи Лили, что я люблю ее.
Лили – моя младшая сестренка, ей всего тринадцать и я безумно не хочу оставлять ее, но должна это сделать. Все на что я надеюсь это то, что она никогда не повторит мою судьбу.
- Что ты задумала? – Отец печально склонил голову и, в этот момент, к моему горлу подступил ком горечи. Я проглотила его, как и всегда это делала.
- Ты знаешь.
- Тебя убьют, одумайся.
- Я Рейни – меткий стрелок, пап. Помнишь? – Заставила себя улыбнуться, чтобы вселить в отца надежду, но судя по его кислому выражению лица, ничего не вышло. Страх в его глазах говорит о том, что он боится потерять меня, так же, как и маму.
Я знаю, что могу умереть, но я готова сделать это не раньше, чем вышибу мозги ублюдку, устроившему хаос во всей Аскате.
- Ты не ведаешь, что творишь, ты еще ребенок.
- Я не ребенок! Лили – да, я – нет. Я нужна им, они верят мне.
- Если ты уйдешь, я не смогу тебя защитить.
- Я могу постоять за себя.
Вздергиваю на плечо большой рюкзак болотного цвета, под тон своей формы, которая больше не имеет ко мне никакого отношения, но все еще необходима. Не каждый в городе уже получил приказ пристрелить меня, не каждый знает меня в лицо и пока я в этой форме агента спецслужбы, я могу быть в безопасности какое-то время.
Уходя, я не оборачиваюсь, не хочу видеть взгляд отца, который провожает меня словно в последний путь. Я выживу и, мы еще встретимся, я буду бороться ради того, чтобы снова увидеть свою семью.
К воротам иду достаточно уверенно, потому что сегодня на них дежурит Крис, который вообще не имеет к ним никакого отношения. Ему пришлось сильно постараться, чтобы попасть сюда. Я не хотела его впутывать, но он уже повязан со мной, потому что готов сделать для меня, что угодно.
Обхожу стороной кучки людей, двигающихся к главной площади, где Кейдж устроил очередное показательно-наказательное шоу.
Многие здесь до сих пор не понимают, что происходит, их забавляет зрелище, которое канцлер проводит чуть ли не каждый день на главной площади столицы. В основном тут собираются скучающие, всем обеспеченные зеваки, для них это единственный, пожалуй, способ развлечения, после того, как их новый «Бог», чье имя здесь не произносится, запретил все развлекательные программы. Мы больше не слушаем музыку, не играем в карты, никто не ходит в бар на «Сквер-Берт», потому что теперь он закрыт, мы даже не празднуем день сбора урожая, и я не верю, что всех этих людей это устраивает. Все делают вид, что это нормально, потому что иначе.. Они знают, что может произойти с тем, кто ослушается, с тем, кто нарушит хоть одно правило или скажет что-то плохое в сторону Великого Канцлера.
Наконец, пробираюсь к воротам, длина которых достигает около трех метров в высоту. Это неотделимая часть забора, который обволакивает несколько секторов вокруг столицы и, каждый сантиметр этого сооружения пропитан электрическим зарядом.
- Ты опаздываешь.
Крис предельно нервничает. Еще бы, он сейчас совершает государственную измену. Мне-то плевать, я давно пошла против законов Кейджа, а вот мой друг может крупно влипнуть. Из-за меня его могут убить и, я это знаю. Но не собираюсь больше об этом думать, потому что планирую уничтожить Кейджа прежде, чем он казнит кого-то еще.
- Что?..
Мой взгляд застывает у ворот с обратной стороны.
- Мне пришлось его вырубить, иначе никак.
Теперь смотрю на часового, который валяется у моих ног без сознания. Пинаю его дважды в бок, своим тяжелым кожаным ботинком. В отключке.
- Ты знаешь, о чем я Кристофер. Как это произошло?
- Люди снова пытаются перебраться через стену, Алиша, ты не можешь это остановить, их заперли как диких свиней.
Через эти металлические решетки забора еще никому не удавалось пройти.
- Я могу. Я обещала. Скоро эти ворота падут.
- Ты обрекаешь этих людей на смерть. Да плевать! Ты обрекаешь на смерть себя!
- Десятки невинных каждый день гибнут у этих ворот. Они умирают, пытаясь выбраться, показать, что они здесь, они хотят быть услышанными, так что захлопни свой рот, лейтенант Райли.
Я выдыхаю, отпускаю свою злобу и смотрю на Криса, давая понять, что мы всегда будем друзьями, даже если часто злим друг друга.
- Если ты не на моей стороне Кристоф, тогда не мешай.
- Алиша.. – Он вытягивает мое имя так, как делает обычно, когда я говорю что-то звучащее для него, как глупость.
- Если со мной, тогда помоги.
- Что мне делать?
Я знала, что этот парень никогда не бросит меня.
- Сегодня я собираю людей на площади «Сектора Б».
- Ты спятила.
- Твоя задача сейчас найти родственников этих людей. – Киваю на трупы, лежащие у ворот. Шесть человек: трое мужчин, две женщины и мальчик подросток. Меня накрывает злость. Они не должны были умереть. Не так. – Если у них никого нет, похорони их сам. Хорошо?
- Ты ведь понимаешь, что я не стану возиться с мертвецами, когда ты в опасности!?
- Я не в опасности.
- Это то, что я ожидал от тебя услышать. Строишь из себя супергероя и даже не понимаешь, что произойдет, когда ты соберешь этих несчастных на площади. Тебя убьют без разговоров, а затем начнут избавляться от них!
Он кричит на меня, но я не вижу агрессии в его глазах, только страх, он как всегда беспокоится обо мне, как и папа, но даже тот позволил мне уйти.
- Не волнуйся обо мне. Открывай ворота, Кристофер, мы слишком долго здесь находимся, нас засекут.
Он смотрит на меня пронзительным долгим взглядом, закрывает глаза, громко выдыхает и поднимает рычаг.
Мне приходится перешагивать через тела людей, которые погибли из-за своего отчаяния. Я смотрю на них в последний раз, затем ловлю взгляд своего друга, отворачиваюсь и быстро шагаю прочь. У меня не так уж много времени. Главное, чтобы не засекли слишком быстро то, что я прошла через ворота и кто их для меня открыл. Я боюсь за Криса не меньше, чем он за меня, поэтому, если я попадусь, то он ни в коем случае не должен пострадать.
Я должна навестить Лизу и ее детей Марка и Кристен, которым я обещала принести конфеты. Мое обещание задержалось на неделю, но я не забыла о нем. Так же, я захватила из дома еще несколько фруктово-ванильных батончиков для других детей, которых могу встретить в «секторе Б». Я надеюсь, Лили не обидится за то, что я стырила почти все ее сладости.
Развалины этого сектора больше не пугают меня, я чувствую себя здесь, как дома, хотя не все люди приняли меня, некоторые до сих пор боятся. Этот страх – «заслуга» нашего канцлера. Моя форма, от которой я скоро избавлюсь, все еще наводит ужас на местных детей.
Девочка лет восьми на вид, прячется от меня за развалину старого памятника какого-то мужчины, который, возможно, был великим политическим деятелем в довоенные годы, а может быть он был поэтом или историком, я не знаю.
- Не бойся.