Смотрю под ноги и не могу справиться с перерастающими в сопение рваными выдохами.
Меня как будто изнутри распирает, и дело не в размере плода. Это обида, которую я все эти месяцы душила. Это вопросы, которые не задала и не задам.
Я просто не хочу больше его видеть. И не хочу, чтобы он перевернул мою жизнь еще раз…
Лезу в сумку за ключом от машины, когда плечистая фигура преграждает путь.
Врезаюсь в нее и отскакиваю. В ноздри бьет утрированный запах, который заставляет кровоточить поры.
Господи. Юль, не вдыхай!
Я поднимаю взгляд и кажется, что умираю.
Заживо горю и вместе с этим задыхаюсь.
Тарнавский совсем не изменился. Он все так же высок. Красив. Ухожен. У него все так же стильно уложены волосы и легкомысленно расстегнута верхняя пуговица идеальной белоснежной рубашки.
Я до сих пор люблю его немыслимо. Но теперь еще и искренне ненавижу. Есть, за что.
– Юль, давай поговорим.
Мотаю головой и пытаюсь обойти. Закусываю губы, чтобы с них даже случайно не сорвалось ничего лишнего.
– Давай поговорим, Юля.
Бывший повторяет и пытается ухватить меня за локоть. Но я уворачиваюсь. Делаю шаг в сторону и глазами говорю: "не смей".
– Вы всех студенток преследуете на парковках, ваша честь? Вы же уважаемый судья. Зачем вам скандал? — От неправдоподобного энтузиазма и саму тошнит.
Тарнавский раздраженно поджимает губы: ждал не такой встречи. Я должна была расплыться лужицей и броситься на шею, забыв о предательстве. Но как можно такое забыть?
Мы не виделись четыре гребанных месяца. В последнюю встречу ты поцеловал меня в лоб и передал в руки другому. Сказал, что любишь, и съебал. И похуй было, что со мной. Так зачем я тебе сейчас?
– Я тебя люблю, Юль. Ничего не изменилось. – Сердце разлетается на мелкие осколки, потому что во мне изменилось просто всё.
Я прикрываю глаза и сглатываю. Господи, если ты есть вообще, дай мне сил.
Открыв, вкладываю всю себя в то, чтобы звучать не жалко.
– А я люблю мужа, Вячеслав Евгеньевич. Кстати, спасибо, что познакомили нас. Хотя даже не так: спасибо, что меня ему отдали!
Взмахиваю рукой, демонстрируя усыпанное бриллиантами обручальное кольцо, которое на палец мне надел не мой любимый судья Тарнавский, а чужой человек.
– Ищите. Следующую. Дуру!!!
Чеканю, и каждое следующее слово звучит громче предыдущего. Развернувшись на каблуках, сбегаю от него к машине.
Изумрудная малышка-ауди укутывает меня своим защитным теплом.
Я жму старт и быстро выруливаю.
Руки дрожат. Сердце вдребезги. Еле сдерживаюсь, чтобы не потянуться к животу и не успокоить разбушевавшуюся малышку.
Наша дочь тоже в шоке от знакомства с отцом, который о ней не узнает.
Глава 2
Глава 2
Юля
Решение сесть за руль было опрометчивым. А если не деликатничать: глупым.
Промчав несколько кварталов, я зарулила в неизвестный мне двор, заглушила мотор, уперлась лбом в руль и попыталась подышать.
На то, чтобы убедить себя же, что немного успокоилась, ушло почти полчаса.
Я полчаса мучила своего еще не родившегося ребенка собственным ускоренным сердцебиением.
И все из-за него!
У меня была куча планов на этот день. У меня наконец-то появились эти чертовы планы. Но вместо того, чтобы ими заниматься, я несусь в квартиру, ставшую для меня принудительным домом.
Слишком громко хлопаю дверью машины, ругаю себя за это, но контролировать не могу ни эмоционально, ни физически.
Прикладываю магнитную карту к считывателю у лифта и жду, пока кабина поднимет меня прямиком в квартиру.
С легкой руки Вячеслава Евгеньевича Тарнавского я обрела кучу благ, о которых и мечтать-то не могла.
Семья мужа подарила мне первую в жизни, и сразу ужасно дорогую, машину вместе с правами. Цвет выбирал лично Аркадий Власов. Под мои глаза. Чтобы Юленька наконец-то заулыбалась.
Мы с Ильей живем в пентхаусе в центре города. Раньше мне всегда было интересно, кто эти люди, которые могут позволить себе такую роскошь. Оказалось, это я. Только со счастьем это никак не коррелируется.