Так, однажды, дверь кабинета императора с грохотом распахнулась и в него без дозволения влетел градоначальник Дерры лер Альфонсо Юл, громко возмущаясь, что его опустили до уровня тери, заставляя получать от того разрешения можно ли войти к императору или нет.
Послушав меньше минуты претензии градоначальника, император спокойно, более не обращая на него внимания, взял лист бумаги с гербом императорского дома виде лиса держащего корону и лично, стал писать, уже это должно было заставить любого одуматься, но только не Альфонса Юла, который высказывая претензии даже не смотрел на императора, а метался по кабинету. Закончив писать, император достал чистый лист бумаги и положил его рядом с исписанным, на который после этого поставил подпись и печать. Личная печать императора, являясь магическим артефактом, отправила слепок документа в отдел делопроизводства, где ему дадут ход и перенесла копию текста на лежавший рядом чистый лист бумаги. Взяв в руки оба документа, оригинал и копию – император встал.
Выйдя из-за своего стола, Эдгар подошел к скандалисту и хлопнув ладонью по его груди, оставил копию документа, которую Юл едва успел подхватить, а сам прошел до открытой двери в приемную, где сидел испуганный Роберт и была прибежавшая на крики стража. Окинул взглядом присутствующих, а также столпившихся в коридоре придворных, что через открытую дверь и спины стражников пытались разглядеть происходящее, повернулся к Роберту и зачитал находящийся в его руках документ.
С первых слов императора стало понятно, что это указ, согласно которому лер Альфонсо Юл снимается с поста градоначальника Дерры и ему с домочадцами надлежит покинуть столицу в течение суток, предварительно выплатив штраф в размере десяти тысяч доров в казну империи, за оскорбление секретаря императора и не подобающее благородного лера поведение. Сумма по меркам империи просто за предельная, равная годовому доходу богатого поместья. Однако, злой император на этом не остановился. В Указе также было указано, что лер Юл, также обязан выплатить тери Роберту Маро две тысячи доров в качестве компенсации морального вреда, за нанесенное оскорбление и приказал выставить Альфонсо Юла из дворца, после чего удалился к себе в кабинет, спокойно закрыв дверь.
Но и такой шаг не убедил придворных, что император не потерпит давления. Прежде чем до всех дошло, что Эдгар хоть и молод, но тверд в своих решениях, еще семерых лер постигла постигла участь Альфонсо Юла.
Наблюдая за действиями императора, даже близкое окружение не понимало, зачем ему нужна была такая пощечина для лер и чего он хотел этим добиться, хотя было подозрение, что император зачем-то хочет противопоставить тери лерам. Были те, кто просил Ингу повлиять на императора и образумить его, но ведьма лишь фыркнув послала их… заниматься своими делами.
В свою же очередь император, на назначении тери Маро личным секретарем не остановился и за прошедшие с того времени десять лет, назначил огромное количество тери на должности, ранее занимаемые исключительно лерами. Сам же тери Роберт Маро настолько стал ассоциироваться с приемной императора, что ни кто уже и не задумывался о том, что он не из благородных. Молодое поколение лер, чье взросление пришлось на эти годы, стало воспринимать тери на столь высоких должностях, как само собой разумеющееся, а редкое возмущение старшего поколения, нет-нет да проскальзывающее, по поводу назначения тери на высокие должности, для большинства молодых лер, является не более чем старческими причудами.
Роберт, кивнул вошедшему ведьмаку и доложил о его приходе императору через кристалл связи и получив короткое «Пусть войдет», кивнул советнику на дверь.
Войдя в кабинет императора, ведьмак увидел, что тот не один. На кресле, расположенном напротив рабочего стола Эдгара сидел Юлиан Шилин. Услышав, что открылась дверь, оба мага посмотрели в его сторону и если по лицу императора было видно, что его что-то гложет, то Первый советник наоборот, всем своим видом излучал довольство.