Разумеется, скрыть это уже невозможно.
Но выдвинуть свою версию событий- почему бы нет.
К приезду полиции я уже продумал, что говорить.
25 февраля
Полиция все восприняла правильно. Но она естественно вызвала нашего доктора.
К сожалению, он подтвердил мое мнение о его интеллекте. Он обнаружил следы, которые просмотрели и я и полиция. Обычно я соображаю медленно, но тут у меня хватило ума сразу вспомнить о старой легенде. Доктор побледнел и ушел.
Был в такой растерянности, что ничего не забыл. Самое странное событие за прошедшие дни. Да простит меня бог за этот сарказм.
5 марта
Я решил напомнить деревенским старую легенду. Пару раз обмолвок в разговоре с бакалейщиком, громкое отрицание в трактире (и отказ идти ночью через болото пешком). Эллис тоже помогла. И вот уже деревенские кумушки чешут языки, а полупьяным фермерам чудятся всякие ужасы.
12 марта
Приезжал поверенный старого хозяина. Оказалось что у него есть наследник в Канаде. Что ж, подождем наследника, благо и нам с Эллис кое что досталось по завещанию. Теперь мы, в крайнем случае, сможем уехать и открыть свой ресторанчик
где-нибудь в глуши.
17 марта
К сожалению, меня ожидал очень неприятный сюрприз. Я так часто видел этого человека, что должен был сразу его узнать. Увы, он, как и доктор, оказался умнее меня. Новоявленный хозяин объяснил мне, что видел, что и как в реальности произошло с хозяином. И объяснил что, будучи наследником, он был готов молчать, о, как он выразился, "столь удачном повороте событий".
Но, не будучи им, он молчать не обязан. Естественно, что все что мне оставалось. так это спросить- "Что вам угодно, сэр Джеймс?".
Впрочем, в устах дворецкого это просто форма вежливости. Но он, похоже, об этом не думал. Он заявил, что предоставляет мне честь сделать его миллионером.
Правда, пообещал мне щедрую награду. Но его серебряники меня не интересуют, а вот кнут заставляет серьезно задуматься.
4 апреля 1889 г.
Я узнал, что доктор собирается встречать нового хозяина в Лондоне. Настоящего наследника, между нами говоря. В общем, я решил, что надо бы приглядеть за доктором. А заодно присмотреться к новому хозяину поместья.
16 апреля 1889 г.
Доктор снова подтвердил мое высокое мнение о нем. Местные власти уже все решили. А в Скотланд-Ярде от сельского врача со странной историей наверняка просто отмахнулись бы. Но доктор нашел выход. Он пошел к частному детективу, который за деньги выслушает любую чушь. Причем к хорошему. Даже я знал его имя.
Я попытался проследить за ними, но еще раз убедился, что состязаться с профессионалом бессмысленно и крайне рискованно. Я еле сумел ускользнуть.
Надеюсь, что хотя бы моя шутка была удачной. Хотя, безусловно, ребяческой.
Зато удалось отвязаться от кэбмена. Одновременно с попыткой изобразить детектива я попытался напугать нового хозяина, сэра Генри. Ведь если бы он не появился в усадьбы, это бы многое упростило. Пара странных происшествий, зловещее письмо.
Бес толку.
Потерпев неудачу во всех своих начинаниях, я постарался побыстрее покинуть Лондон.
12 апреля.
Вернувшись, я обсудил сложившуюся ситуацию с лордом (теперь он требует, что бы его называли лордом заранее!. Какая наглость!) Джеймсом.
Тот требовал прямого повторения печальных событий.
Я возразил, что сэр Генри вполне здоров и вряд ли удастся запугать его до смерти.
Тогда надо его испугать и добить- быстро ответил мне лорд Джеймс.
Но это слишком рискованно- ответил я- Что же будет с Эллис?.
На лбу новоявленного лорда было огромными буквами написано, что ему на это плевать.
Но если уж я должен таскать для него каштаны из огня, то сгорать в пламени я точно не собираюсь. Мы поспорили, и мне пришлось напомнить новоявленному лорду, что других "желающих" у него нет. В конечном счете, я предложил компромисс, и "милорд" его принял, благо у него не было другого выхода.
Впрочем, как и у меня.
Так я сделал очередной шаг в сторону ада. Но что я могу сделать, господи!
После этого разговора я окончательно осознал, что человек, готовый убить своего кузена, вряд ли отпустить нас с Эллис на свободу. Понятно, что в случае успеха мы становимся такими же опасными свидетелями для лорда, как он для нас сейчас. В лучшем случае нам предстоит участь его цепных псов. В худшем. Все ясно и понятно.