Но по крайней мере я наделась, что если он не отпустит меня, то хотя бы пошлёт. Но всё это было не так страшно, как то, что мы сейчас поднимались в квартиру к его маме, и меня буквально трясло по непонятной причине.
— Перестань, — скомандовал Егор вместо этого и взял меня за руку, — ты не в первый раз встретишься с ней.
— Да, но есть разница между девушкой, которая нравится твоему сыну, и девушкой, которая разбила его сердце, — пробормотала я.
— К твоему сведению, мама думает, что ты девушка, которую я люблю, — сказал он, потянув меня выше.
Я уже пожалела, что надела каблуки. Да, я снова пыталась произвести впечатление. И даже несмотря на то, что мы не встречались, я хотел нравится его маме. Но с того самого дня, когда Егор вернулся после новогодних каникул и сообщил мне, что просто обязана пойти с ним на ужин с его мамой и отказался сообщать зачем, я была на взводе.
— Любил? — переспросила я, потому что была не уверена, что правильно услышала.
Егор покачал головой.
— Люблю, она так думает с того самого дня, когда впервые услышала, что мы снова с тобой общаемся, — сообщил он.
Я кивнула и продолжила молча подниматься по лестнице, уже жалея, что отказалась поехать на лифте.
Что-то с Егоре казалось мне странным в этот момент, он будто рефлекторно отвечал на мои вопросы, а сам был в километрах от меня. Парень без инстинктивно сжимал букет цветов в руке, будто представлял на его месте чью-то шею.
Он открыл дверь в ресторан и пропустил меня вперед. Я принялась оглядывать помещение, пытаясь найти Екатерину Алексеевну, но Егор сделал это быстрее меня. Он схватил меня за руку и потащил в сторону столика у панорамного окна.
Когда женщина нас увидела, она поднялась из-за стола и широко улыбнулась. Мою тревожность понемногу отпустило.
— Дорогой, я так рада, что ты пришёл, — сказала она, обнимая сына, который казалось ещё более напряжённее меня.
Он сделал шаг назад и протянул маме букет, который выглядел немного пострадавшим с того момента, как мы его купили. Правда его маме было всё равно, она улыбалась, в отличие от своего сына, который даже не потрудился натянуть на себя улыбку.
— Честно говоря, я подумала, что Егор соврал, когда сказал, что вы снова вместе, — широко улыбнулась женщина, притягивая меня к себе.
Снова вместе? Мы никогда не были вместе, а сейчас тем более. Кажется в этом мире только мы с Егором понимали это.
Новый сюрприз огорошил меня тогда, когда я сняла пальто и отдала его Егору. Стол, за которым сидела Екатерина Алексеевна, не был пустым.
Я стояла всё так же, натянув на себя лучшую улыбку, чтобы не казаться капризной маленькой невестой Егора, которой явно не нравится то, что здесь происходило. Екатерина Алексеевна повернулась ко мне, она точно улыбалась искреннее, чем я.
— Это Евгений, — сказала она, указав на темноволосого с лёгкой проседью мужчину, который тотчас поднялся и обнял ей, — мой муж.
— Муж? — удивилась я, не успев подумать.
Нет, он точно не был отцом Егора, даже невооружённым взглядом было видно, что они совершенно не похожи. А я всегда считала его похожим на отца, хотя ни разу того и не видела.
Женщины гордо кивнула.
— Мы сегодня обручились, — сказала она счастливо.
Я в шоке смотрела на неё, ожидая, что это шутка. Я знала, что она с кем-то встречалась, но свадьба? Ладно, я не имела ничего против самой свадьбы, но почему Егор не сказал мне об этом. И зачем он вообще привёл?
На лице Екатерины Алексеевны отразилось сомнение.
— Разве Егор тебе не сказал?
Можете представить, ваш сын много чего мне не сказал. Я ждала, что Егор сам ответит на вопрос матери, но он могла стоял рядом и смотрел на меня.
— Конечно сказал, — широко улыбнулась я, будто солгать для меня вообще ничего не стоило, — и я поздравляю вас.
— Спасибо, дорогая, — прошептала она, ещё раз притянув меня к себе для объятия.
Я и сама могла понять, что она недавно вышла замуж, хотя всему возможными способами пыталась оправдать свою невнимательность.
Кольцо на пальце? Его я не заметила. Белое платье? Да ладно, белое платье носят и просто так, хотя в сочетании с короткими завитыми волосами, женщины выглядела особо по праздничному.
Егор был ранним ребёнком, это было единственное, в чём я была уверена, потому что сам он старался не распространяться по поводу своей семьи. Я знала, что Екатерине Алексеевне совсем недавно перевалило за 40, но выглядела она как минимум на 10 лет младше. И чем дольше я к ней приглядывалась, тем сильнее пыталась найти хотя бы что-то общее с Егором, но всё без успешно. Только тёплые карие глаза говорили о том, что они родственники.
Мы сделали заказ, который состоял из множества блюд, но Егор сидящий рядом со мной активно прикладывался лишь к бокалу. Не знаю сколько вина ему нужно выпить для того, чтобы его развезло, но такими темпами он не на долго останется трезвым.
Но он с самого начала стал вести себя, как пьяный, пока я в одиночку пыталась вытянуть весь разговор. Он целовал мою шею, когда его мама спросила, как поживают мои родители. Забирался рукой мне под юбку, когда его мама рассказывала, как они с Евгением познакомились. Делал неприличные намёки совсем не шёпотом, от чего я лишь напряжённо хихикала, стараясь не усугублять ситуацию.
Егор никогда не был фанатом публичного проявления чувств, поэтому я прекрасно понимала, что это всё игра. Но я не знала что он делает и зачем.
Екатерина Алексеевна несколько раз обеспокоенно переводила взгляд на сына, который кажется сошёл с ума, но не сделала ему ни одного замечания. У неё было ангельское терпение. Чего я точно не могла сказать о её новом муже, который был мил до тех пор, пока Егор не стал пытаться всех довести. Сейчас же Евгений сидел, лишь изредка вступая в разговор, чаще всего он просто смотрел убивающим взглядом на своего нового пасынка, который проявлял немалое неуважение к его жене. Я видела, как Екатерина Алексеевна пыталась его успокоить, когда Егор казалось переходил за все рамки и точно заслуживал встряски. Я точно так же пыталась успокоить и его самого. Вот так мы и сидели несколько часов вдвоём пытаясь вытянуть весь разговор и разрядить остановку, лишь бы обойтись без смертей.
Когда официант подошёл в очередной раз с не знаю какой по счёту бутылкой вина, я подняла на него взгляд и покачала головой, давая понять, что за этим столом больше никому не надо наливать. Екатерина Алексеевна видела это и благодарно мне улыбнулась, но совсем не такая реакция последовала от Егора. Он возмущенно поглядел на меня, подзывая официанта обратно.
— Если ты выпьешь ещё бокал, между нами всё кончено, — прошептала я, сжимая руку Егора из-за всех сил, стараясь так же мило улыбаться
Возможно было плохой идеей шантажировать концом отношений, которых между нами их даже не было, но Егор всё же успокоился. Он скинул с себя мою руку и безразлично отвернулся к окну. Его обиду терпеть было легче, чем открытое неуважение.
Мы с его мамой снова пытались разговориться, но все никак не получалось. Моя голова уже начала болеть от попыток, когда мой телефон зазвенел.
— Извините, — сказала я, поднимаясь, — это мама.
В любом другом случае я бы ни за что не ответила на звонок, но сейчас просто не могла дальше сидеть там. Мне нужен был перерыв и свежий воздух.
Я видела панику на лице Екатерины Алексеевны, которая подумала, что не справится здесь одна, но она понимала меня, поэтому лишь улыбнулась и кивнула.
— Передавай ей привет.
Я кивнула и встала из-за стола. Пока я пробиралась на крытую веранду, чувствовала на себе взгляд Егора, но не повернулась. Не было ничего хорошего в том, чтобы чувствовать себя вещью, которую он может использовать по своей прихоти.
Я была ужасным человеком, потому что я соврала. Да, не без зазрения совести, но ведь соврала.
Мне звонила совсем не мама, а одна из тех реклам, где голос знаменитости зачитывает текст. По сути говоря мне было всё равно, кто звонил. Мне просто нужно было уйти от туда хотя бы пять минут.