— Девушка, что родилась с темным даром. В семье из которой выходили только маги света с дополнительной стихией в огне либо ветре.
— Судьба жестоко подшутила. Или же её мать с кем-то согрешила.
— Придержи язык за зубами. Особенно при командире, — Ганс жестко обрубил мой саркастический голосок, — Маркус не уроженец наших земель, а с другого материка. Не смотри на его доброту, если надо, то в миг поджарит.
— Хмм…Понял. Принял.
Я кивнул со слегка сведенными бровями, чтобы максимально показать серьезность ситуации. Тех оговорок и намеков было достаточно чтобы понять — девчонка родственница Маркуса. Насколько дальняя, насколько важная — это неизвестно и вряд ли доступно для меня. А вот что интересно, так это в целом отношение к бессознательному телу.
Мало того, что она находилась у темных, так и по переносу сюда, Бок не особо торопился искать её. Да и в целом, чтобы сохранить и защитить девушку они выбрали меня, ненадежного и недавно прибившегося воина. Такое себе решение. Я, конечно, мог списать такие непонятные фортели на влияние поглощенной энергии, которое сами маги ничуть не чувствовали. Однако, вопросы оставались. И явно не сейчас в них лезть.
Неожиданно у меня промелькнула мысль. Озарение. Словно ты долго не замечал что-то, а в какой-то момент дошло и много стало по местам.
«Пешль! Твою мать, это ведь семья из которой был мой спутник по пути в город определения талантов! Вради как раз имел свет и огонь в стихиях!»
Интерлюдия 1
Окрестности Сардияра
Испытания выпавшие на жителей города, раз за разом отсекали слабых и неудачливых. Да что там говорить про обычных горожан, если две боевых гильдии, ведьмаков и наемников, потеряли больше половины своих бойцов. Серый день хоть и был тяжел, однако посилен для многих, а вот наступившая кромешная ночь уже оказалась ужасом для многих.
В тот момент когда ненавистные враги, оказавшиеся вывертом судьбы в городе, убили терроризирующую город птицу, многие вздохнули свободнее. Даже самый тупой и отбитый боец понимал, что возможностей справиться с ней нет ни у кого. Тот шквал различных артефактов и расходников, выпущенный по летающей цели, ничуть не был опасен. Укус комара раздражает, но прикончить человека не может. Так же и тут.
К тому моменту когда белые маги разобрались с журавлем, отряд ведьмаков, под предводительством офицера Ласко, пробился сквозь окружающих зверей и выбрался за пределы города. Звери за прошедшие часы стянулись внутрь городских стен, почти не оставив своих особей вокруг. Чужая воля гнала их на людей, или же что-то иное, для всех оставалось тайной, но отсутствие противников на открытой местности только подняло боевой дух.
— Вот видите, правильно сделали. Все гады сейчас внутри бегают, — Ласко не упускал момента укрепить свои позиции и авторитет, рассчитывая и дальше руководить отрядом.
Группа бойцов на самом деле была довольно большая — целых два десятка человек. Ни раненых, ни увечных или других ослабляющих и задерживающих отряд бойцов. Кроме его брата. Только никто об этом не рискнул бы произнести в слух. Зацикленность на нем — известна каждому, кто поддался на уговоры и доводы.
Основной костяк составляли ветераны, бойцы прошедшие не один десяток рейдов и плотно работавшие в региональном отделении Сардияра. Некоторые сами раньше имели небольшие группы для охоты. Вероятно именно из-за этого Ласко так старался заработать авторитет среди них.
Прорыв отряда происходил на север города, через ближайшие ворота, был рискованным. Летающая тварь как раз находилась в той стороне и вела, в это время, противостояние с ублюдочными магами. Давление от способности повелителя неба на более коротком расстоянии естественно увеличивалось, но все выдержали. Почти все.
Младший брат не мог похвастаться хорошо развитым телом, да и в целом отставал по силе от старшего, что непременно сыграло свою роль. И как всегда в самый неподходящий момент.
— Двигаемся к тому трактиру, он вроде бы сохранился неплохо. Передохнем от давления этой твари и двинем дальше.
Каджа и так держался постоянно на эликсирах полученных от брата, а стоило им сблизиться с птицей — они перестали помогать. Тогда как подкосились ноги и тело начало вырубаться, Ласко назначил пару носильщиков, которые подхватили слабосилка подмышки. Слова недовольства застряли у бойцов в горле стоило ярким зеленым глазам взглянуть на них.