Просто развернуться и уйти? Возможно.
Для кого-то, но не для меня. Я не могу просто взять, всё перечеркнуть и закончить. Я хочу понять, что именно произошло.
— Как она мне написала? Откуда у нее номер?
— На этот вопрос у меня нет ответа. Ань, — Рус быстро подходит к дивану, хватает свой пиджак, — мне нужно уехать.
— Тебе нужно уехать сейчас? Ты оставишь меня одну с гостями, просто развернешься и уйдешь? Ты вообще в своем уме? Ты понимаешь, что сейчас происходит?
— Да, я понимаю, мне нужно в этом разобраться. Потом мы еще поговорим. Пожалуйста, успокойся. И закончи этот праздник, аккуратно выведи гостей и скажи, что мне пришлось уехать на работу.
— То есть, я должна тебя прикрыть? После всего этого я должна еще тебя прикрывать? Сказать, что ты ушел на работу? Замечательно. А ты хоть понимаешь, что со мной происходит?
Руслан быстро подходит ко мне, обнимает меня за плечи, смотрит в глаза.
— Мы поговорим и все обсудим. Мне жаль, что ты это увидела.
— То есть, тебе не жаль, что это произошло, а жаль, что это я увидела?
Мой муж тяжело вздыхает, а затем разворачивается и просто уходит. Когда он хлопает дверью, остатки моего разбитого сердца осыпаются.
Я не могу дышать.
Я даже не могу стоять.
Поэтому медленно оседаю на пол, продолжая сжимать пластиковую бутылку в руке. Я не знаю, что мне делать. И я не понимаю, что сейчас произошло.
Глава 3
— Что с тобой?
На кухню заходит Галя, я медленно перевожу мутный взгляд на нее. Картинка расплывается, и перед глазами пляшут белые пятна. Возможно, у меня упало давление.
Неудивительно после подобного.
Пытаюсь встать, но не могу.
— Ань, что с тобой? Может, ты беременна? — подруга звонко смеется. — Вот это был бы подарок для Руса. Двадцать лет свадьбы — и еще один ребенок. Я уверена, он был бы счастлив. Твой Руслан один из немногих мужчин, которые ценят семью и хотят свою футбольную команду. До сих пор удивляюсь, что у вас только двое.
— Галь, прекрати.
— Да что с тобой?
Подруга пытается поднять меня на ноги. Моя бутылка выпадает из рук, и вода разливается по полу. Я судорожно ищу тряпку, чтобы это вытереть, но подруга меня останавливает.
— Да что произошло? Ты можешь нормально объяснить?
— Нет, не сейчас, не могу. Помоги мне, пожалуйста, надо… праздник… чтобы все ушли. Я плохо себя чувствую, Рус поехал срочно на работу, там что-то случилось на заводе, не знаю. Пожалуйста, мне помощь нужна…
— Вы же только разрезали торт. У вас еще должен быть танец, там еще что-то. Там же целая программа. Там тамада скачет, как сумасшедшая, не может вас найти.
— Позови тамаду, я сейчас с ней поговорю. Нужно заканчивать праздник. Все. Праздника не будет.
— Ань, мне это не нравится, ты что-то скрываешь.
— Я ничего не скрываю, — говорю достаточно резко, и моя подруга вздрагивает.
Конечно, она не привыкла к подобному тону. Обычно я всегда спокойная и уравновешенная, крайне редко повышаю на кого-то голос.
— Прости. Мне не стоило быть резкой, — опираюсь руками на край стола и пытаюсь перевести дыхание. — я плохо себя чувствую. Руслан уехал и… позови тамаду, я сама все решу.
— Ань, ты уверена? Ты же понимаешь, потом все это в прессу попадет.
— Наплевать, сейчас не до этих глупостей.
— Ань, давай без импульсивных поступков.
Галя не только моя подруга, но она еще и работает на Руслана, заведует отделом маркетинга.
— Что ты предлагаешь?
— Скажу барменам подливать побольше алкоголя, тамаде ставить музыку веселее и через час все устанут, напьются и разбегутся сами.
— Я не выдержу еще час.
— Иди наверх, отдохни. Всё будет нормально.
Слушаю подругу и медленно плетусь на второй этаж. Там переодеваюсь в удобные домашние брюки и рубашку, понимаю, что очень сильно хочу пить. Снова спускаюсь вниз и застываю у лестницы, потому что слышу голоса Гали и Марины.
— Я тебе говорю, Руслан ей изменяет! — говорит Марина.
— Мариш, да не говори глупостей. Ты вечно как придумаешь… Ни в какие ворота не лезет.
— Галь, я серьезно. Я тебе говорю, он ей изменяет. А я давно говорила, что этот Руслан не так прост. Он с виду только примерный семьянин.
— Прекрати.
— Ты просто с ним работаешь, и он тебе хорошо платит. Поэтому ты его защищаешь и закрываешь на многое глаза. А меня это не касается, и я вижу, что происходит.
— Ну и что же происходит?
— А вспомни, когда мы все вместе отмечали Новый год. Между прочим, он ко мне подкатывал.