Если бы я не знала его раньше и не видела их стычку с Сабуровым, то приятно бы удивилась ткому обходительному отношению мужчины ко мне.
Но розовые очки надевать я не планирую. Они точно разобьются стеклами внутрь.
Мы едем в полной тишине, и я внутренне благодарю вселенную, что мне не приходится с ним говорить.
— Если бы он тебя хотя бы немного уважал, моя девочка, он бы никогда не позволил причинить тебе такую боль. Разве он стал бы трахать другую на вашей свадьбе? — голос Багдасаряна нарушает тишину, когда мы уже въезжаем во двор.
— Я не стану это с вами обсуждать!
— Глупышка моя, — опять эти собственнические замашки, — Будь у меня возможность иметь тебя рядом, я никогда бы даже не задумался о том, чтобы посмотреть в сторону другой женщины. Я и сейчас не смотрю, Юль.
Я настолько запуталась, что перестаю понимать, какой он на самом деле настоящий. Тот, что был тогда в стычке с Сабуровым, или тот, что сейчас.
Красиво говорит… Но слова не имеют никакую основу под собой. Мало ли что ему на самом деле нужно от меня.
Глава 15.
Провожаю в окно взглядом отъезжающую машину Саркиса, после того как я поднялась домой, успела умыться, переодеться, он все еще стоял у подъезда.
Странный этот Багдасарян. Речи такие льет, что только рот открой да слушай. А с другой стороны все рядом с ним трясется, каждая клеточка тела кричит об опасности.
Падаю на кровать спиной, смотрю в потолок и пытаюсь хоть как-то упорядочить мысли, прийти к чему-то логическому, но там беспросветная тьма.
К Руслану я все еще тянусь, конечно, головой понимаю, что зря. Он сделал больно, растоптал меня и унизил, но любить то перестать за секунду невозможно. По щелчку пальца это не происходит.
С другой стороны есть Багдасарян, которого я на дух не переношу с юношества, но отчего то именно сегодня взглянула на него с другой стороны. Не воображаю в своей голове, не делаю его хорошим, но однозначно есть что-то большее, чем просто вражество двух мужчин.
И еще меня смущает момент, что отец дал ему добро жениться на мне… Папа меня решил всем подряд сосватать? На душе гадко от мысли, что на мои то чувства всем было плевать. Да и сейчас тоже.
На телефон падает смс. Устало вздыхаю и поднимаю гаджет перед лицом.
“Привет! Как дела? Как провела день?”
Смска пришла от мужа. Только с припиской: ненавистный.
Не хочу ему отвечать, но понимаю, что надо. Если не отвечу, начнет звонить, не отвечу на звонок, доберется до меня через Фариду. По итогу все равно добьется своего.
“Все ок. Была у отца”.
Максимально холодный ответ. Даже подробности расписывать не буду.
“А потом что делала?”
“Домой пошла”
“Точно?”
Рычу от злости.
“Если ты что-то хочешь конкретное сказать, то прекрати выпытывать из меня информацию!”.
Не проходит и секунды после моей смс, как от него уже поступает телефонный звонок.
Закатываю глаза, делаю три глубоких вдоха, прошу себя саму иметь силы и терпение.
— Скажи честно, ты совсем идиотка? — его голос пускает мурашки по всему телу, — Юль, ты не ребенок вроде, а поступки тупые.
— Ты определись, ребенок я или нет. Когда тебе выгодно, то ребенок, а когда нет, то посмотрите-ка…
Сажусь на кровати, злит меня жутко. Вызывает такие противоречивые эмоции, что и задушить готова и плакать от бессилия.
— Ты добровольно села к Багдасаряну в машину… — делает паузу, — Юль, мозгов нет, да?
— Так нет или да? — сарказмом его давлю.
Пытаюсь хоть как-то задеть.
Слышу хриплое сопение на том конце провода и тишина. Телефон в руке вибрирует, убираю от уха, еще одна смс, только уже с незнакомого номера.
“Душа моя, какие у тебя любимые цветы?”
Сглатываю. Он сегодня так меня назвал уже, поэтому я с точностью определяю Саркиса.
Закусываю губу, не понимаю, стоит ли вообще отвечать на такое…
— Юль, он мог тебе навредить. Ты хоть это понимаешь? А если бы мою жену видели в машине с другим?
— Двойные стандарты, Руслан. А если бы моего мужа увидели с мачехой в подсобке?
— Да прекрати ты уже приписывать сюда Елену! — срывается на крик, — Он мог убить тебя!
— Не мог, — уверенно отвечаю, — Он сказал, что любит меня.
— Да пиздец! А ты и поплыла, да, мелкая? Так вот в чем дело, тебе просто нужно петь в уши сладкие речи, чтобы ты рот закрыла и слушалась?
Его слова с такой силой обжигают меня, что я не ощущаю, как слезы срываются вниз.
— Как и любая женщина, Сабуров, я хочу любви… Имею право любить и быть любимой. Тебе моя любовь была не нужна, ты предпочел другую женщину. Я приняла твой выбор, прошу у тебя меня отпустить. Тебе же самому станет легче. Минус одна проблема. А может и две, уже не нужно будет платить за лечение отца.