— Успокойся, — он встряхивает меня как тряпичную куклу, пытаясь привести в чувства.
— Рус, — Лена кладет руку на его плечо, — Ох и намучаешься ты с ней… Крови твоей выпьет сполна.
— Езжай домой. Я наберу, — он никак не реагирует на ее слова.
Что значит наберет?
— И ты уходи, — прошу его севшим голосом, когда звук стучащих каблуков о кафель удаляется все дальше, — Навсегда. Из моей жизни.
— Так не получится, Юля. Я твой муж. А ты моя жена.
— Фиктивная.
— Это не меняет сути.
Спорить сейчас бесполезно. Я все равно сделаю так, что он сам захочет развестись. Ему нужна покорная и тихая, так вот он встретит другую Юлю… Он сам захочет скорее от меня избавиться, захочет, чтобы я ушла.
И я уйду. Я буду ждать того дня, когда он взвоет.
— Мне нужно к папе. Ты можешь хотя бы сейчас меня оставить в покое, — отталкиваю его, иду по коридору вперед. Нужно найти хоть одного врача, пусть мне расскажут, что с ним.
Сабуров как пес цепной идет следом.
— Не иди за мной! — рявкаю на него.
Он тормозит, буравя меня тяжелым взглядом. Что-то решает, а я молюсь… Уйди. Просто исчезни.
— Я буду ждать тебя на улице, — он кивает, — Долго не задерживайся.
Разворачивается на пятках и устремляется прочь. Провожаю его взглядом, поджигаю его спину одними глазами.
Жди…
— Мне нужно поговорить с главврачом, — подлетаю к девушке, перехватывая ее на полпути.
— Он еще не приехал. Будет через час.
— Тогда с кем я могу поговорить? Мужчину привезли ночью, была реанимация… Это мой отец, я хочу узнать о его состоянии.
— Полонский Виктор? — она хмурит брови.
— Виталий, — аккуратно поправляю ее.
— Ох, да, простите! Вы можете поговорить с врачом, который проводит реанимацию. Сто первый кабинет, это прямо по коридору и налево.
— Спасибо, — жму ее руку и бегу в нужном направлении.
У кабинета торможу, пытаюсь выровнять дыхание и прийти хоть немного в норму. Нужно сейчас с холодным рассудком подойти к делу, эмоции здесь лишние.
Стучу костяшками пальцев, приоткрывая дверь и просовывая в щель голову.
Мужчина поднимает голову, смотрит на меня внимательно и ждет, что я начну.
— Я к вам по вопросу Виталия Полонского. Вы сегодня его реанимировали.
— А вы кто? Я уже все сказал его жене, — он возвращается к своим бумагам.
— Я его дочь, — решаюсь зайти в кабинет, — Мне никто ничего не рассказывает. Я бы хотела понять, что с ним.
— Девушка, — он устало трет глаза, откладывая очки в сторону, а потом внимательно изучает меня. И что-то в его взгляде меняется, — Мне жаль, но ваш отец в крайне тяжелом состоянии. И шансов, что он выйдет близятся к нулю. Но! Они есть. Нужны деньги, большие. Поддерживать функционал организма дело затратное. Ваша мать сказала, что таких средств у вас нет.
— Она не мать, — что значит нет?
У папы много денег. Он не бедный человек…
— Ну в любом случае, суммы приличные.
— У меня есть деньги, я все оплачу, — уверена, что тех денег, что заработал отец хватит. И он точно скоро пойдет на поправку.
— В таком случае присаживайтесь. Я все расскажу.
Глава 6.
На улицу выхожу как в прострации. Сразу замечаю Руслана, он стоит у машины, прислонившись к ней. Курит, делая долгую затяжку, а потом выпускает дым.
— Можно мне? — протягиваю руку к сигарете. Трясет меня. Сильно.
Никогда, кстати, не курила. Хоть и водилась с мальчишками, не тянуло к никотину. Один раз помню, за гаражами меня пытались уговорить, а потом один из ребят так закашлялся, аж посинел, что я тут же передумала.
А сейчас хочу в этой злосчастной сигарете найти спасение. Никотином покрыть свою голову от мыслей дурных.
— Нет, — от отводит руку, — Не может моя жена курить.
Так смешит меня все это. Нервное видимо.
— А что может твоя жена?
Усмехаюсь. Очевидно, я должна быть паинькой, молчать в тряпочку и не отсвечивать. Проблема в том, что я не такая. И уверена, что Сабуров был в курсе, какую девушку он берет в жены.
Он же видел меня весь подростковый период. Да, не замечал, но точно видел.
А я вот явно идеализировала его, когда влюбленно разглядывала фотографии и томно вздыхала. Романтизировала этого скрытного мужчину, думала, какого это быть рядом с таким.
Ну вот примерно так, Юля.
— Юль, ты не думай, что я собираюсь тебя привязывать к себе цепями. Запрещать. Но есть очевидные вещи, которые просто непозволительны. Повышать голос на мужа, ругаться матом, курить. Выпить можно, но иногда. Не все так сложно, как кажется.