— Ну, не согласится — Обливиэйт, вот и все, — пожал тот плечами и покосился на Драко, который силился понять, что вообще происходит. — Рон, ты ему что-нибудь уже рассказал?
— Не-а, — ответил я. — Без твоей отмашки не рискнул, а ты продрых без задних ног чуть ли не сутки!
— Мне можно, я чуть Волдеморта не заавадил, но в последний момент рука дрогнула, — фыркнул он и пристально посмотрел Малфою в глаза.
— Что тут вообще происходит? — подал тот голос и даже сделал шаг к двери.
— Заседание тайного общества, — охотно просветил Риддл. Он, как обычно, сидел на подоконнике и болтал ногой. — Я, как ты догадываешься, его возглавляю.
— Что еще за общество?
— Мы никак не можем придумать название, — пояснила Луна. — «Армия де Линта» или там «Возрожденцы» как-то не звучит…
— А с кем вы воевать собрались? — нахмурился Драко. — С самим… ну… Не смешите!
— Мы абсолютно серьезны, — сказала Джинни, полируя ногти. — Нам, знаешь, одного такого засранца хватает, второй и даром не сдался. А еще…
— Так, вы его сейчас окончательно запутаете, — перебил Том, встал, картинно взметнув полы мантии, заложил руки за спину и прошелся взад-вперед. — Итак, как уже всем известно, вчера вечером состоялось второе пришествие Волдеморта…
— Третье, — поправила Луна. — Ты был вторым.
— Нет, исторически я был первым, — не согласился Риддл, подумал и добавил: — Хотя ты все же права: если говорить о пришествиях, то я был и первым, и вторым. А этот, стало быть, третий, неудачник.
Драко посмотрел на него, как на опасного сумасшедшего и сделал еще шаг назад, к спасительной двери. Правда, я сомневался, что Том позволит ему уйти.
— И не перебивайте меня, — добавил он, — а то мы до ночи не управимся. Так вот, Драко, пришествие состоялось, и, полагаю, это радует далеко не всех Пожирателей первой волны, не так ли?
Малфой медленно кивнул, глядя на Риддла в некотором замешательстве.
— Думаю, твой отец был далеко не в восторге, когда Метка вдруг активировалась, — продолжал Том, расхаживая по залу. — Могу представить: вечер, ужин с супругой, идиллия, и внезапно тебя выдергивают из-за стола, а то и вовсе из постели и требуют явиться к повелителю, который, как ты считаешь, давно мертв. Только-только жизнь наладилась, сын вот подрос… и снова-здорово! Эта песня хороша, начинай сначала!
— Откуда ты знаешь, что отец… — Драко сглотнул.
— Да я же там был, балда, — беззлобно ответил Том, — и слышал, как Волдеморт называл прибывших Пожирателей по именам. И Поттер слышал. И уж будто я голос твоего отца не узнаю!
— Где это ты с ним встречался?
— О! Мы давно знакомы, — ухмыльнулся Риддл. — Но пока можешь считать, что я слышал его в воспоминаниях Регулуса Блэка. Он ведь не так давно наносил визит в Малфой-мэнор, не так ли?
Кажется, Драко окончательно перестал что-либо понимать.
— Но об этом позже. Скажи мне, — произнес Том, внезапно посерьезнев, — ты ведь наверняка знаешь, как твой отец относится к Волдеморту? Я имею в виду истинное его отношение, а не то, о чем он говорит вслух! Наверняка ведь он говорил с тобой об этом, ты ведь наследник рода и должен знать о всевозможных подводных камнях…
— Да, говорил, — произнес, наконец, Малфой и, по-моему, это стоило ему немалого усилия над собой. — Отец… боится. Он сказал: в те годы, когда это только начиналось, казалось, что… что лорд намерен создать что-то наподобие партии реформаторов, и поэтому привечает молодых знатных волшебников, чтобы поменять устои общества, опираясь не на старых замшелых маразматиков, а на прогрессивную часть волшебного сообщества.
Я присвистнул — мне такое не выговорить, а он вон как шпарит. Том шикнул на меня, и попросил:
— Продолжай.
— То, что лорд не намерен поднимать бунт силами грязнокровок — а их больше, чем чистокровных, — грело душу последним, — продолжал Драко, как по писаному. — Полукровки тоже становились членами команды не из последних, и изо всех сил старались выслужиться — это давало им шанс выбиться в люди.
— Ага, вроде Снейпа, — кивнул Том.
— Ты и об этом знаешь?! — подскочил Малфой. — Откуда?!
— Да так… — неопределенно ответил Риддл. — Ты продолжай, продолжай…
— Нечего продолжать. Я уже сказал: сперва это казалось просто политической игрой, и многие захотели поучаствовать. Ну и… грязнокровок все-таки не любят, — хмыкнул Драко, — потому и шли за лордом. Поговаривали чуть ли не о поражении их в правах и прочем в том же роде… Среди приверженцев лорда были и фанатики, и те, кто пошел за сильным лидером, рассчитывая на порядочный кусок пирога… А потом начались все эти рейды, погромы, убийства… И уйти было нельзя — Метка ведь уже стояла! Проигнорировать вызов можно, но по ней, сказал отец, лорд сумеет тебя найти. Тебя и всю твою семью. — Он помолчал и добавил: — Он не столько сам лорда боится, сколько…
— За тебя и жену, — кивнул Том. — У твоей матери нет Метки, у тебя тоже, но ее можно запытать насмерть, а тебя — привлечь к делу. Ряды Пожирателей сильно поредели, но подросли их дети, не так ли? Ты, Крэбб с Гойлом, Нотт, много других! И, полагаю, порядочная часть из них примут Метку не из любви к Волдеморту и его… хм… политической программе, а из страха — неважно, за себя или за всю семью. У многих ведь и младшие братья-сестры есть! Я прав?
Драко молча кивнул. Я подумал, что он, наверно, чувствует себя сейчас, словно на экзамене — стоит перед нами и не знает, куда деваться. Однако его хорошо выдрессировали: держался он превосходно.
— Ну что ж, это совпадает с рассказом Регулуса, — задумчиво сказал Том, почесав нос. — И с тем, что я наковырял в мозгах Барти. Кстати, Драко, твой отец принимал участие в веселье на Чемпионате по квиддичу?
Малфой помотал головой и пояснил:
— Он финансист. На нем была касса организации и многие другие дела. В рейдах он бывал нечасто и так… чтобы продемонстрировать лояльность.
— Я так и думал. Ну, ему вдвойне повезло, потому что тем весельчакам угрожала нешуточная опасность.
— Авроры?
— Крауч-младший. Он очень хотел проучить тех, кто даже не пытался отыскать своего предводителя, и почти преуспел в этом. Их спасло чудо.
— Погоди… — Малфой нахмурился. — Крауч-младший? Он же умер в Азкабане, это всем известно!
— Не-а, — ответил Том, снова уселся на подоконник, вытащил из кармана грушу, сочную даже на вид, смачно откусил от нее и прочавкал: — Не умер. Он тут, в Хогвартсе, с секретной миссией.
Драко потряс головой, словно пытаясь уложить там разрозненные сведения, потом вдруг нахмурился, что-то сопоставил и вдруг выдал:
— Да быть не может!
— Ты о чем? — деланно удивился Том.
— Ты же хочешь сказать, что это… это Грюм?
— А почему ты так решил? — заинтересовался Риддл, продолжая с явным удовольствием лопать грушу. Хоть бы поделился, жмот!
— Потому что я наслышан о настоящем Грюме, — ответил Малфой, поискал взглядом какую-нибудь табуретку, и Выручай-комната любезно предоставила ему почему-то барный стул, на котором он и угнездился. И то лучше, чем стоять навытяжку. — Он чокнутый, но превращать студента в животное — перебор даже для него. И демонстрировать все непростительные на занятиях у младших курсов — тем более. Но если ты говоришь, это Крауч-младший… под обороткой, наверно? Ага. Тогда все сходится. Отец говорил, он совсем сдвинулся на идее служения лорду, намного сильнее, чем Лестрейнджи…
— Ай-ай, как не стыдно так говорить о родной тете! — подначил Том.
— У нас в доме не принято упоминать о ней, — холодно сказал Драко. — Такие воспоминания никого не радуют. Мама с гораздо большей охотой общалась бы с другой своей сестрой, но не может — та-то согласится, но…
— Я понимаю, — сказал Том. — Общество осудит, причем с обеих сторон, да и… Сознайся, твой отец не исключал того, что Волдеморт может вернуться?
— Видимо, не исключал, — согласился тот и потер лоб. — Ну вот. Кажется, ты и так знаешь все, что известно мне, и…
— Конечно, знаю, — гадко ухмыльнулся Том. — Я же легилимент, как-никак!
— Ты сволочь, — совершенно спокойно ответил Драко и сощурился. Ничего хорошего эта его гримаса не сулила, но за Риддла я мог быть спокоен: что такое Малфой-младший против него?