Амбридж закончила, наконец, ей вежливо похлопали, и она села на место, улыбаясь во весь рот.
— Рот до ушей, хоть завязочки пришей, — шепнула мне Миллисента, и я чуть не подавился соком.
— Вы все слышали? — негромко спросил Том. — «Некоторые перемены наступают к лучшему, но другие, устаревшие, будут признаны ошибочными». И еще: «некоторые традиции сохранятся, и заслуженно, тогда как другие, устаревшие, должны быть устранены». «Давайте устремимся вперед»… бла-бла-бла, «избавляясь от того, что, мы находим, должно быть запрещено». Интересно, кто это — «мы»?
— Думаю, скоро узнаешь, — мрачно ответил я. Такое вступление явно не сулило ничего хорошего. — Подозреваю, речь о Министерстве. Вы же слышали, что Фадж ни на кнат не поверил ни Дамблдору, ни Гарри, ни даже тебе…
— Я просто тесно с ним не общался, — серьезно сказал Том. — А когда мы беседовали о происшествии на кладбище, легонько приложил его кое-чем, чтобы не копал слишком глубоко. Ну да он и так не собирался. Фадж, знаете ли, из породы страусов! Только вот если страус засунет голову слишком глубоко в песок, у него есть шанс уткнуться клювом себе под хвост!
— А еще пол может оказаться бетонным, — невозмутимо добавил Невилл, и все мы сделали каменные лица, чтобы не заржать.
— Драко, не спи, пора конвоировать перваков, — кивнул Риддл, и тот со вздохом принялся выполнять обязанности старосты, которые, думаю, ему вовсе не были нужны. — Мерлин, кто тебя учил с детьми так обращаться? А тебя, Панси? Что это за «построились в колонну по двое»? Ты бы еще сказал «руки за спину» или малявками их назвал, как вон Финниган…
Том говорил достаточно громко, чтобы его было слышно не только за соседними столами, но и за учительским.
— Смотри и запоминай, — велел он Драко. — Показываю первый и последний раз. И запомни: быть старостой — значит не просто носить значок и кичиться возможностью снять баллы за то, что кто-то ковырялся в носу. Это, Малфой, прежде всего ответственность. Паркинсон, к тебе это тоже относится, кстати.
Панси несколько раз кивнула и уставилась на Риддла в ожидании инструкций.
— Первокурсники, подойдите ко мне поближе, — мягко проговорил он. — Ну, еще ближе, не бойтесь! Меня зовут Томас де Линт, я староста школы, а это Драко Малфой и Панси Паркинсон, старосты нашего факультета. К нам вы всегда можете обратиться с любым вопросом, попросить о помощи, и мы обязательно поможем, потому что Слизерин — это одна большая семья, где каждому найдется место, но и обязанности у любого найдутся.
— Как у мафии? — пискнул какой-то мальчишка, видимо, полукровка.
— Можно и так сказать, — невозмутимо ответил Риддл. — Сегодня уже поздно, а вы устали с дороги и перенервничали, поэтому отложим знакомство до завтра. Я разбужу вас пораньше и объясню, куда лучше не ходить и почему. И нет, не потому, что «нельзя, и точка», а потому, что там действительно может быть опасно, особенно для детей. Ну а сейчас, — он жестом подозвал к себе Малфоя и Паркинсон, — старосты проводят вас в общежитие. Мальчики — к Драко, девочки — к Панси. Не отставайте по дороге, чтобы не потеряться. У вас еще будет уйма времени на то, чтобы исследовать замок, а пока… пора на боковую!
Малфой живо сориентировался, пересчитал своих подопечных по головам и сказал проникновенным тоном (явно у Риддла научился):
— Идемте, в самом деле спать пора. Не забывайте, утром вас ждет инструктаж, и лучше вам выспаться как следует, чтобы не клевать носом и запомнить самое главное… — Тут он заговорщицки оглянулся и добавил вполголоса: — Слизерин должен быть лучшим! Так что возьмитесь-ка за руки и идите за мной…
Паркинсон последовала его примеру, и скучковавшиеся первокурсники чинно последовали за старостами.
— Приглядите, чтобы никто не отстал, а то мне еще за остальными проследить надо, — велел нам Том, и мы с Невиллом да Джинни с Миллисентой отправились за детьми, а он отошел к столу Гриффиндора, у которого Грейнджер с Финниганом никак не могли пересчитать мельтешащих первогодков.
Что и говорить, коварные невидимые ступеньки, разворачивающиеся лестницы и прочее превращали как минимум первый год учебы в игру на выживание. Хорошо еще, на Слизерине сразу объясняли, что да как, я об этом уже говорил. Сейчас это было бесполезно, конечно: уставшие первокурсники клевали носами и вряд ли могли что-то запомнить. Ничего, Том их с утречка взбодрит!
По пути никто не потерялся, к счастью, только одна девочка едва не наступила на невидимую ступеньку, но Миллисента успела ее подхватить прежде, чем та застряла.
— Смотри под ноги, — серьезно сказала она испугавшейся девчушке. — В этом замке много сюрпризов, и не все они приятны.
Разогнав малышню по спальням, мы собрались в нашей комнате. Панси, впервые оказавшаяся в этой берлоге, с интересом оглядывалась по сторонам.
— Если б я знал, что это за каторга, я бы выкинул значок с Хогвартс-экспресса, — серьезно сказал Драко, потом покосился на нас и добавил: — Понятно, почему Том практикует такие методы воспитания. Это быстро и доходчиво!
— Да, только мы на это пошли добровольно, а детей, будь добр, не трогай, — сказала ему Джинни. — Пусть лучше они тебя любят, чем боятся. Уж не переломишься ответить на пару вопросов и показать, где туалет!
— Мы поможем, если что, — доброжелательно произнес Невилл.
— Ладно, попробуем поиграть в заботливых родителей, а, Панси? — усмехнулся Драко, и та серьезно кивнула. — Хотя… роль старосты лучше подошла бы тебе, Уизли. Ты-то как раз из многодетной семейки, должен знать, как твоя матушка управлялась с такой оравой! Или вы все росли, как сорная трава?
— Малфой, я ведь тебе глаз сейчас подобью, — спокойно сказала Джинни. — И Том меня не осудит. Какой бы ни была наша с Роном мать, упоминать ее в таком тоне ты не имеешь права!
— Извини, я неудачно пошутил, — ответил он после паузы и встал. — Панси, идем. Сообразим, что нужно сказать малышне в первую очередь, а что может обождать, пока не попривыкнут…
Они ушли, а мы только улыбнулись друг другу: похоже, нас ждал крайне интересный год!
Урок зельеварения прошел, как обычно, с огоньком. В смысле, Снейп не придумал ничего лучше, чем предложить расслабленным после каникул ученикам приготовить «глоток живой смерти». Не самое простое зелье, но мы-то с Невиллом давно знали, как его варить, так что, не теряя времени, взялись за дело. Драко и Миллисента тоже справлялись, да и у остальных что-то выходило. Только Поттер, витающий в облаках, забыл добавить настой чемерицы, и я не рискнул бы попробовать его варево… Ну и, конечно, влетело ему от нашего декана по полной программе, так что Гарри вылетел за дверь с пылающими ушами.
Я отдохнул душой на нумерологии, а там подошло и время урока защиты… На перемене нас выловил Риддл, якобы подошел справиться, как дела у новоявленного старосты Малфоя, а сам шепнул:
— Не противоречьте ей. И делайте вот что… Рональд, Вилли, Драко, обеспечьте выполнение. Вам все ясно?
— Так точно, — отозвались мы.
Не знаю, как там Амбридж, а противоречить Риддлу у меня не было ни малейшего желания!
Когда мы вошли в класс, профессор Амбридж уже сидела за столом, наряженная в ту же, что и прошлым вечером, пушистую розовую кофточку. На голове у нее красовался кокетливый черный бантик.
— Ну, добрый день! — произнесла она, когда, наконец, все сели.
— Добрый день, профессор Амбридж! — немного вразнобой грянули наши однокурсники, которыми дирижировал Малфой, и преподавательница на секунду замерла, пораженная таким единодушием.
— Как это прекрасно, — выговорила она. — А что же вторая половина класса? Ну-ка, хором, пожалуйста!
— Добрый день, профессор Амбридж… — уныло отозвались гриффиндорцы.
— Ну вот, — умилилась она. — Ведь ничего сложного, правда? Пожалуйста, палочки долой, приготовим перья.
Я покосился на Невилла, он пожал плечами, но когда на доске появилась надпись «Возврат к основным принципам», задергал носом, явно сдерживая смех.