— Дамы и господа, — негромко произнес Риддл, когда все перестали шептаться, покашливать, хихикать и переглядываться. — Я собрал вас здесь не забавы ради.
Он помолчал и прошелся перед нестройной группой учеников, а я вдруг осознал, как на самом деле мало учеников на Слизерине! Четыре курса, а людей всего ничего…
— Все мы знаем, что Волдеморт возродился, — небрежно продолжил Том, и толпа зашевелилась. — Нет-нет, не надо убеждать меня в том, что Дамблдор спятил, Поттер тоже… Я, друзья мои, видел эту тварь собственными глазами, и мне не хватило доли секунды, чтобы прикончить его. Я, видите ли, спасал собственную шкуру.
Он остановился напротив собравшихся и щелкнул пальцами. Винки тут же приволокла столик и думосброс.
— Кто хочет посмотреть мои воспоминания? — светски спросил Том и выразительным жестом поднес палочку к виску.
Желаюших оказалось ожидаемо много, и все они выныривали из думосброса с искаженными лицами. Думаю, они представляли себе лорда Волдеморта как-то иначе.
— А теперь, друзья мои, — негромко произнес Том, когда поток страждущих иссяк, — мы вернемся к нынешнему положению дел. Ну-ка, поднимите руки те, кто в самом деле, от всей души поддерживает идеи Волдеморта! На родителей не ссылайтесь, это дело другое… Ну? Кто готов положить за него жизнь? Раз, два, три… Недурно! — Он улыбнулся так, что я сразу понял: Риддл задумал какую-то пакость. — А ну, иди-ка сюда…
Он поманил к себе шестикурсника, я не помнил его фамилии, Дэррик, что ли?
— Ты поднял руку, — сказал Том негромко. — А раз так, изложи мне — всем нам — те постулаты, которыми намерен руководствоваться, придя под руку Волдеморта. Если он тебя возьмет, конечно. Ты вроде бы зачет по трансфигурации провалил?
Дэррик густо покраснел и буркнул:
— Это не я провалил, это МакКошка меня завалила… Ай! Ты что, спятил?!
— Не надо врать повелителю, — с улыбкой сказал Том. — Это было легонькое Круцио, но именно что легонькое. Ну а Волдеморт мастер пыточных заклятий, все знают. И если ты придешь к нему со словами навроде «Господин, они оказались сильнее, а я не подумал заранее», то сперва подумаешь о своей глупости и некомпетентности под пытками, а потом в карцере. Учти, что Волдеморт умеет читать мысли, поэтому наврать ему не выйдет, если ты не гениальный окклюмент, а это явно не так. — Он перевел дыхание и продолжил: — Я все еще жду постулатов святого Волдеморта.
Дэррик нахмурился и сумел-таки выдавить из себя пару фраз.
— Значит, чистота крови… — протянул Том. — А давай-ка смоделируем ситуацию, Ричард. Представь на моем месте Волдеморта. Я говорю тебе — пытай этого мальчишку! Он магглорожденный, но смеет претендовать на место в нашем мире!
При этих его словах Крэбб с Гойлом раздвинулись и выпихнули вперед Денниса Криви, который съежился под взглядами слизеринцев.
— Его отец — маггл, обычный молочник, он не верит в магию, — со вкусом продолжал Том, прохаживаясь взад-вперед. — Мать так и тем более… Ну же, Ричард, не медли! Таким не место среди магов! Возьми палочку и произнеси — «Круцио»… Это же так просто, — передразнил он Амбридж. Глаза у него горели нехорошим весельем. — Ты ждешь, пока повелитель разгневается, Ричард?
— Я… я не… — Тот в самом деле вынул палочку, но рука у него тряслась так, что он и по великану бы не попал. — Я…
— Не надо, пожалуйста, не надо, я все сделаю, что вы прикажете, только не трогайте маму с папой, они простые люди, они не виноваты! — на одной ноте причитал Деннис, размазывая по щекам слезы. — Не трогайте их, пожалуйста, ну прошу вас… люди вы или…
— Круцио! — негромко произнес Том, направив палочку на мальчишку, и тот, свалившись на пол и корчась в судорогах, зашелся визгом от боли.
Дэррик попятился.
— Что не так, мой дорогой? — еще тише сказал Риддл и перешагнул через скулящего от боли Криви, свернувшегося в комочек. — Ты не желаешь выполнять приказ? Какой нехороший мальчик! Круцио!
Бедолага Ричард взвыл и, выронив палочку, свалился на пол. Кто-то кинулся было к нему на помощь, но Том остановил их мановением руки.
— Круцио Максима! — произнес он, и Дэррик выгнулся так, что пола касались только его затылок и пятки, а все тело сотрясали судороги. Я читал, что так выглядит эпилептический приступ, и, право, испугался. А уж каково было Невиллу смотреть на это, даже и не знаю, но он держался. — Нравится, дружок? А теперь встань, возьми палочку и сделай с этим поганым магглорожденным то же самое… Ну! Живее!
— Я не… я… — Ричард с трудом встал на четвереньки, и его стошнило. — Не могу…
— Волдеморт не будет спрашивать, можешь ты или нет, — холодно произнес Том и ткнул его в бок носком щегольского ботинка. — Встань и сделай то, что я тебе приказываю!
— Не надо, пожалуйста! — выкрикнула одна из девушек.
— Разговорчики в строю, — процедил Том, мотнул головой, и Джинни зарядила по сердобольной старшекурснице еще каким-то пыточным заклятием. Каким именно, я не разглядел, но сестренка знала их порядочно, и бедная девчонка сложилась пополам, тихо подвывая от боли. — Ричард, я жду! Не бойся, никто ничего не узнает, а этого грязнокровку, может, и вовсе не найдут…
Деннис стоял на коленях и тихо плакал, размазывая слезы по щекам.
— Я не буду! — выкрикнул Дэррик.
Честно, я его даже зауважал: перемазанный в собственной блевотине, едва стоящий на ногах, он еще осмеливался перечить! Настоящий слизеринец…
— Круцио, — ласково повторил Том, и Ричард снова рухнул на пол. — Не передумал?
Тот подвывал от боли (я знал, каково это, потому что на Круциатусы в воспитательных целях Том не скупился), но все равно мотал головой. Однако после третьего раза он все же нащупал палочку и кое-как встал на ноги. К тому времени остальные, даже старшекурсники, сгрудились у дальней стены и смотрели на Риддла с ужасом.
— А теперь запомните, — негромко произнес Том, когда Ричард наставил палочку (рука у него ходила ходуном) на Денниса, — запомните, как это выглядит. Вы можете твердить, что не станете этого делать, но Волдеморт сильнее. И вы либо возьмете палочку в руки и произнесете заклинание, или умрете. Непослушания он не потерпит.
Даже меня передернуло, а уж остальные и вовсе пожалели, что не могут просочиться сквозь стены и кинуться в объятия такой милой, доброй и простой Амбридж!
— Молодец, Деннис, отменно сыграл, — вдруг произнес Том будничным тоном, и Криви вскочил на ноги, — с меня причитается. Обливиэйт!
— Он не чокнется? — светски осведомился Малфой.
— Да нет, я легонько. Будет думать, что ему кошмар приснился, — ухмыльнулся Том.
— А как ты… ты же палочкой… и заклинание! — выговорил Дэррик, отчетливо заикаясь.
— Если ты к шестому курсу не научился управлять своей палочкой, что ты вообще делаешь в Хогвартсе? — поинтересовался Риддл. — Хватит стонать, почистись и встань в строй. Впрочем… Все, кому угодно уйти, могут отправляться восвояси. Обливиэйт — и нет проблем! Те, кому хотелось бы побольше узнать о приемах Волдеморта, могут остаться.
— А чем ты лучше него? — выдохнула та девушка, что заступилась за Дэррика.
— Я использую Круциатус исключительно в воспитательных целях, — улыбнулся он. — Итак, что у нас там с разделяющими идеи Волдеморта? Поднимите-ка руки!
— Ни одной, — сказал Невилл.
— Как это неожиданно… — фыркнул Том. — Ну что ж… Если кто-то хочет уйти, повторяю, я не стану препятствовать. Остающиеся — добро пожаловать. Ох, я ведь вас всех и не запомню сходу… Джиневра, где моя тетрадь?
— В кармане у тебя, бестолочь, — ответила она безо всякого пиетета.
— О, точно! — Риддл выудил свой блокнот и сверкнул глазами: — Те, кому дорога жизнь и рассудок, собственный и близких, подходим и записываемся. А потом я с вас клятву возьму, чтобы не трепались направо и налево, как некоторые… Дэррик! А ну иди сюда, будешь почетным первым участником!
Я уже говорил, что Тому невозможно противостоять? Ну так я повторюсь — он неотразим, как Авада Кедавра.
Глава 58. Личная армия
Спустя неделю Том закончил с личной аттестацией сборной Слизерина, счел результаты неудовлетворительными и сказал буквально следующее: