Смысл нашего переезда в это захолустье был в том, чтобы жить недалеко от города, в котором находится реабилитационный центр. Ну так вокруг этого города есть штук пять таких вот мелких городков – спутников, как наш.
Не буду думать о том, что мне просто трусливо хочется оказаться на разных планетах с Владом.
Конечно, спешка - это неразумно. Лучше было бы найти сначала работу в другом месте, потом квартиру где-нибудь недалеко. Но я тут тупо заснуть не смогу. До сих пор сна ни в одном глазу, даже после бессонной ночи.
- Вот смотри, я нашла то, что нам нужно, - я разворачиваю экран ноутбука к тёте. – Очень похожая на нашу квартиру, всего на тысячу дороже. Два часа езды отсюда. И там недалеко есть оптовый рынок и хлебобулочный завод. Работу найдем.
- Оптовый рынок, - морщится тётя. - Да за что ж нам это? У тебя здесь хорошее место было в отеле. У меня тоже работа посильная. Даш, ну, может, поговорить с твоим Владом, а? Ну не съест же он нас, в конце концов?
Не слушаю тётю. Звоню по объявлению. К счастью, на этот раз мне отвечают. Хозяйка квартиры подтверждает все условия, указанные в объявлении, и даже приглашает сегодня на осмотр.
- Ладно, - вздыхает тётя, - если тебе так будет спокойнее, давай переедем. Я съезжу посмотреть твою квартиру.
- Спасибо! – я обнимаю тётю крепко-крепко. – Если сейчас выехать, то можно успеть вернуться потом за вещами и перебраться уже сегодня. Пока тебя не будет, я как раз успею вещи собрать.
- Видишь, Владичка, - обращается тётя к мужу. – Всё, как ты хотел: тебе же не нравилась эта квартира.
Владислав Сергеевич игнорирует замечание жены, но её это не смущает. Она поддерживает в себе иллюзию общения с ним таким образом. Каждый косой взгляд расшифровывает в полноценный ответ.
Когда тётя уезжает, везу дядю в комнату и начинаю доставать из шкафа свои вещи.
Толкать перед собой инвалидное кресло из-за колена мне совсем непросто, но Владислав Сергеевич очень не любит оставаться в одиночестве. Тут же принимается плакать.
Сбор вещей занимает не так уж много времени. Вся моя одежда легко умещается в чемодан. Складываю во второй чемодан вещи дяди и тёти, а затем собираю немногочисленную кухонную утварь. Включаю для дяди телевизор, чтобы он не скучал, пока я хожу туда-сюда по квартире в поисках забытых вещей. Обычно полчаса он согласен занять себя какой-нибудь телепередачей.
Фен из ванной. Зонтик и ложечка для обуви из коридора. Ах да, ещё коробка с лекарствами для дяди, которую тётя задвигает под кровать. Кажется, всё готово.
Я устало опускаюсь на стул рядом с Владиславом Сергеевичем и отставляю в сторону ноющую ногу.
И, как назло, через секунду раздаётся дверной звонок. Самое время тёте вернуться.
Мучительно вздыхаю и поднимаюсь на ноги, оперевшись о спинку стула.
Всего-то шесть вечера. Получается, можно полностью изменить жизнь за сутки. Даже не верится, что вчера в это время я безмятежно поднималась в отдел кадров и не знала, что меня ждёт.
Наклоняюсь на всякий случай к дверному глазку. Всё-таки странно, что тётя не открыла дверь своим ключом.
Сердце пропускает удар, а потом пускается галопом. За дверью стоит вовсе не тётя. Там мой психованный муж, которого я считала бывшим.
Во рту моментально пересыхает. Все мысли из головы куда-то резко деваются. Остаётся только животная паника. Он нашёл меня. Достал в моём убежище. И теперь будет издеваться, пока я не сломаюсь окончательно.
- Даша, я не уйду, - доносится из-за двери злой голос Влада. – Если не откроешь, вызову слесаря, который вскроет дверь.
22
Паника бьёт тяжёлыми ударами сердца по рёбрам. Я каменею. Застываю на месте, лихорадочно пытаясь сообразить, как мне выкрутиться. Как прогнать его со своего порога?
У меня ведь даже телефона нет. Тётя свой забрала с собой. А мой без симки совершенно бесполезен.
Получается, даже полицию не вызвать. Что же делать?
- Даша, открой! – раздаётся голос Влада из-за двери.
Да я лучше в окно выпрыгну, чем ему дверь открою. Подумаешь, третий этаж…