Футболка пахнет Владом. Не сильно. Совсем чуть-чуть. Чувствуя себя преступницей, я подношу её к лицу и втягиваю носом этот запах.
По телу бегут мурашки. Разве грязные футболки могут пахнуть так приятно? Возможно, так пахнут только его футболки.
В голове вспыхивает воспоминание, как мы впервые столкнулись в доме дяди. Каким красивым он мне тогда показался.
С горящими от стыда щеками я запихиваю наконец футболку в стиралку и запускаю стирку.
Хватит думать о всяких глупостях. Я прекрасно помню, кем я для него всегда была. Плесенью за плинтусом.
Просто Влад обнаружил, что если плесени не видно, то это ещё не значит, что она на тебя не влияет. Иногда приходится отдирать плинтус и обои, только чтобы избавиться от того, что портит жизнь.
Не нужно строить иллюзий. Влад носится со мной для того, чтобы успокоить свою совесть. Я не нужна ему.
Нельзя об этом забывать.
Несъеденные мной кексы я оставила в контейнере на кухонном столе. Странно будет слопать их всё в одно лицо и не поделиться с хозяином квартиры.
Вечером у меня возникает проблема.
Уже два дня в городе стоит жуткая жара, а кондиционер в моей комнате работает как-то странно. У него два режима. Он то морозит воздух, превращая помещение в холодильник, то вообще не чувствуется. Вчера я проснулась ночью от стука собственных зубов. Замёрзла жутко.
Так недолго и простудиться. А если заболеть, то можно не попасть в назначенный день на операцию. Она уже совсем скоро.
Беспокоить Влада просьбами вызвать кого-то, кто мог бы это исправить, мне не хочется.
Ничего страшного. Просто потерплю жару. Это меня не убьёт.
Терзаюсь сомнениями по поводу пижамы. У меня нет комплекта с шортами. Вся моя одежда закрывает ноги. Но я просто взмокну от пота, если надену свои длинные пижамные штаны.
Альтернатива пижамным штанам – трусы. Но мне некомфортно спать раздетой в чужом доме.
Да, после той первой ночи, когда у меня болело колено, Влад ни разу не зашёл в мою комнату. И наговорил мне с тех пор столько гадостей, что стало очевидно: все его пошлые намёки – это просто стёб.
Но мне всё равно жутко неловко спать без одежды.
И всё-таки желание не свариться заживо побеждает. Этому способствует наличие замка на двери в комнату. С моей стороны он выглядит как вертушка в ванной. Я поворачиваю металлический фиксатор и дёргаю ручку – заперто.
Отлично.
Забираюсь в кровать в трусах и майке от пижамы. Набрасываю на себя лёгкую простыню. Кондиционер тихо гудит, делая вид, что работает.
Нифига. Мне даже дышать тяжело.
Маруся, любящая свернуться клубочком у меня под боком, предпочла сегодня жаркой кровати прохладный пол.
И всё равно я опять просыпаюсь посреди ночи, на этот раз взмокшей. Дурацкий кондиционер. От него нет никакого толка.
С мучительным стоном встаю с постели, придвигаю к окну стул и вскарабкиваюсь на него. Для меня это почти акробатический трюк. Я едва не падаю. Но окна слишком высокие для моего роста. С пола я просто не дотягиваюсь до ручки.
Дёргаю её несколько раз, сдувая с лица прилипшую к щеке мокрую прядь. Заклинило.
Понимаю, что я просто задохнусь тут к утру и дёргаю ещё раз изо всех сил.
Стул подо мной едет со скрипом в сторону, а я вскрикиваю и цепляюсь руками за портьеры, чтобы найти опору. Карниз, на котором я повисла, тут же трещит.
- Даша? – слышится обеспокоенный голос Влада из-за двери.
- Не входи! – поспешно отзываюсь я.
Да куда уж там… Замок щёлкает, и Влад, игнорируя мою просьбу, уверенно распахивает дверь.
- Ты с ума сошла?
Он подскакивает к окну и успевает подхватить меня на руки, прежде чем стул окончательно отъезжает в сторону.
Испуганно замираю и закрываю глаза.
Меня просто парализует смущением. Я практически в нижнем белье на руках у Влада.
Сердце отчаянно бьётся о рёбра. Я сейчас умру от стыда.