— Ты сумел восстановить фирму?
Рома в двух словах рассказывает о том, как идут дела в его компании, а я ликую внутри себя и представляю, как совсем скоро перееду в его дом и наконец-то снова буду жить ни в чем не нуждаясь.
Глава 10
Оксана
— Черт! Черт, черт, черт! — яростно шепчу я, и, быстро идя к такси, набираю номер врачихи. — Выключен, чтоб ее!
Я даже подумать не могла, что эта Анна Николаевна мне вообще когда-нибудь еще понадобится.
Куда она подевалась? Где мне ее теперь искать?
Рома сказал, что его люди ищут ее по всей России и в Израиле, и будет очень плохо, если они найдут ее раньше, чем я.
Если эта курица расколется, то я смогу забыть о беззаботной семейной жизни с Шаховым. Он возненавидит меня и на пушечный выстрел не подпустит к мальчишке.
Язык не поворачивается назвать его сыном, хоть и являюсь его биологической матерью.
У меня изначально было отвращение к этому ребенку. Не знаю почему. Наверное, потому что я не вынашивала его, не чувствовала, что он мой, да и вообще я не очень-то любила детей.
Не скрою, я изначально хотела родить, чтобы угодить Шахову, который грезил о ребенке. Спал и видел, когда я рожу ему наследника. Но после многочисленных провальных попыток зачать, у меня отбило всякое желание обзаводиться детьми.
Я устала находиться в поисках возможностей забеременеть. Устала носиться с анализами по клиникам. Мне осточертело проходить обследования и все такое. Из-за этого я не жила нормальной жизнью.
Представила, как потом придется сутками напролет возиться с маленьким ребенком, и эта картинка мне категорически не понравилась.
Но Рома никак не унимался. Потащил меня в этот долбаный центр суррогатного материнства, а там и кандидатура сразу «удачно» подвернулась.
Диана забеременела и пришлось смириться с тем, что мне все-таки придется стать матерью. Мы с Ромой не спеша готовились к появлению ребенка, наняли дизайнеров, которые разрабатывали проект детской комнаты, и игровой зоны на улице.
Я готовилась к тихой семейной жизни в нашем загородном доме, но… Роме неожиданно сделали предложение, от которого я снова почувствовала вкус к жизни.
Переехать в Швейцарию, жить в роскошном особняке, расположенном на берегу потрясающе-красивого Женевского озера, это ли не мечта?
После этого предложения я забыла обо всем на свете: сидела в интернете, изучала Женевские достопримечательности и успела мысленно побывать во всех красивых местах этого города.
Грезила как можно скорее оказаться там, но новость о рожденном недоношенном мальчике едва не обломала все мои планы.
Еду в такси в прокуратуру и вспоминаю день рождения мальчишки.
— Оксан, Диана только что родила, — раздался в трубке подавленный голос Анны Николаевны.
— Как это родила?! У нее еще не подошел срок!
— Такое нередко случается. Мальчик родился недоношенным и очень слабым. Сам не дышит. Подключен к аппарату искусственной вентиляции легких.
— А он вообще хоть выживет?
— В данный момент я не могу давать никаких гарантий. Еще раз повторюсь: ребенок очень, очень слаб.
Не скидывая звонок, я свернула на обочину, включила аварийку, и попросила доктора дать мне пару минут, чтобы все как следует обдумать.
С этой Анной Николаевной мы хорошо подружились за несколько месяцев беременности Дианы. Так сказать, нашли общий язык. Иногда вместе обедали, пару раз выбирались на совместный шоппинг, ходили в один и тот же тренажерный зал.
И только одному богу известно, как я радовалась нашей дружбе в тот момент, когда сурогатка родила больного ребенка.
Близость с Анной Николаевной мне о-очень пригодилась тогда.
— Ничего не сообщай Роману, и проследи, чтобы Диана не вздумала ему позвонить сама, — сказала я в том телефонном разговоре. — Я сейчас приеду в клинику.
Я вырулила с обочины и полетела по трассе как выпущенная стрела. Мне было важно, чтобы Рома не узнал о том, что эта девица родила недоношенного, больного ребенка. Потому что черт побери я прекрасно понимала, чем все это обернется. Знала, что Шахов откажется от предложения Швейцарцев, останется в Москве и будет сутками напролет сидеть рядом с сыном и ждать, когда он поправится.