Я тогда задумалась: а что, если она забрала ребенка себе?
Но сразу отбросила эту мысль. Знала: Анна Николаевна не могла этого допустить. Врачиха сто процентов убедила Диану не забирать больного ребенка. Наверняка напела ей, что она с ним не справится и все такое.
Но… видимо, после моего отъезда из России «моя подруга» Анна Николаевна начала свою игру.
Она все-таки отдала ей мальчишку.
И скоро я обязательно выясню, почему она это сделала.
А сейчас я должна разобраться еще с одним оччень важным дельцем. И сделать это нужно как можно скорее, иначе точно не смогу удержать на крючке Романа.
Перевожу таксисту деньги, выбегаю из машины и мчусь в здание прокуратуры.
Глава 11
Вологда
Диана
Ранним утром провожаю детей в садик, делаю вид, что со мной все нормально, а сама схожу с ума от волнения.
Сегодня я встречусь с Романом Шаховым и на этой встрече я должна буду убедить его, что Матвей должен остаться со мной. А если не получится убедить, то землю буду грызть, но ни за что на свете не отдам ему своего мальчика.
Я проконсультировалась со знакомым юристом и от его слов мне стало еще хуже и тревожнее. Он четко дал понять, что против меня могут возбудить уголовное дело. Меня могут обвинить в том, что я была в сговоре с врачом клиники и обманным путем забрала ребенка.
У этого Шахова денег куры не клюют, да и связей вполне достаточно для того, чтобы в два счета выиграть все суды. Он даже слушать не станет, что я ни в чем не виновата.
Нужно срочно найти эту Анну Николаевну, чтобы она рассказала, как все было на самом деле. Ведь именно она сообщила мне, что Шаховы отказались от сына.
Теперь я понимаю, что она соврала мне. Но пока даже предположить не могу, зачем ей это понадобилось. Возможно, у нее были свои счеты с Романом или Оксаной, а я просто удачно попалась ей под руку. В любом случае я должна найти этого врача и все выяснить до того момента, как Шаховы подадут на меня в суд.
Ведь это точно какая-то подстава, других вариантов нет.
Не зря же через несколько месяцев после моих родов в кабинете директора клиники случился пожар, в котором сгорел компьютер и все документы, касающиеся рожениц.
Потом умер сам директор, и теперь на месте клиники расположен салон красоты.
Обо всем этом мне рассказал знакомый юрист, а потом развел руками.
— В общем, дело темное, Диана. Остается надеяться на то, что доктор, принимавший у вас роды, объявится и сознается в содеянном.
Я сильно сомневаюсь, что она объявится.
И Роман ждать долго не будет. Он настроен решительно.
Жаль, что за эти четыре года у него так и не появился ребенок. Возможно, если бы у него были дети, то он не стал бы так цепляться за Матвея. А теперь получается, что мой мальчик — это его единственный сын... Которого он ждал, ждал, но так и не дождался тогда.
— Мам, а почему они всегда тут гуляют? — глядя на детей, играющих во дворе детского дома, спрашивает Матвей.
Мы каждое утро проходим мимо этого детдома, но у него ни разу не возникал этот вопрос. Он даже внимания не обращал на этих детишек.
— Вы же в садике тоже ходите на прогулку, верно? — улыбаюсь я. — Вот и эти ребятки вышли погулять во дворик.
— А потом их тоже мама забилет домой, да?
— Нет… — вздыхаю я, — эти ребятки живут в детском доме.
— И их никогда-никогда не забелут домой? — удивленно смотрит на меня сын.
— Возможно, некоторых ребят заберут хорошие дяди и тети в свои квартирки.
— А почему дяди и тети? А мама почему не забелет? Мама лаботает долго, да?
— У них нет мам, — объясняет брату Полина. — Поэтому они всегда живут здесь.
Матвей с хмурым видом подходит к крыльцу садика, внезапно очень крепко сжимает мою ладонь, и поднимает грустные глазенки.
— А ты нас всегда будешь забилать из садика? Ты не оставишь нас тут?
У меня аж сердце сжалось от этих слов.
Сынок как будто почувствовал, что над нашей семьей нависла темная туча под названием «Шаховы».