Невзирая на мои жалкие протесты, Давид заткнул мой рот, заняв своим. Очень скоро я оказалась голая, на кровати и запустив руки в его волосах, кричала его имя, пока его рот пожирал мою киску, а потом трахал, пока я обессиленная и уставшая, не заснула на его груди.
Последнее, что я помню, это его член, который зашевелился, все еще находясь во мне.
Думаю, он снова забыл использовать защиту, и кончил внутрь меня.
***
— Ты уверен, что это благотворительный вечер, а не «трахните меня, я хочу член»? — Спрашиваю у Давида, когда мы оказываемся на вечеринке спустя два дня.
Давид засмеялся, похлопав по моей руке, которая лежала на изгибе его руки.
— Не пойми меня неправильно, но по-другому я никак не могу охарактеризовать это!
Несмотря на то, что не только в снаружи, но и внутри находится люди из СМИ, оповещая этот вечер, женщины оделись в открытые платья, которая ничего не скрывает.
Разве люди, которые хотят помочь больным раком детям, так одеваются? Они словно в клуб приехали, чтобы напиться и трахаться.
— Продолжай, мне нравится, как ты говоришь грязно.
Давид смотрит на мои губы, и я вижу желание и похоть, в его взгляде. Он медленно поднимает глаза, пока наши взгляды не сталкиваются.
— Черт, как же мне хочется поцеловать тебя, а потом трахать этот маленький грязный ротик.
Я сглатываю слюну, и с трудом отрываю взгляд от него. Чувствую, как жар распространяется по шее к щекам, и благодарно Всевышнему, что макияж скрывает, как я краснею. Хоть мы все время занимаемся сексом, иногда мне непривычно слышать его грязные, пошлые слова вне спальни.
— Хватит уже говорить о сексе, когда мы на публике, — пытаюсь его образумить. Но только делаю хуже.
— Значит, когда мы наедине можно? Это значит, что ты позволишь мне трахнуть свой рот?
Большим пальцем Гордей трогает мою нижнюю губу, оттягивая вниз, пока я не сжимаю губу в тонкую линию. Давид усмехается, и от его обещание в глазах, чувствую, как между ног становиться мокро, а внизу живота появляется давление. Хоть я и позволила ему делать мне куни, самой делать ему минет, пока не решилась. До этого Давид и не просил об этом. Не знаю, но сосать его член, кажется мне слишком интимным.
Как и тот факт, что он лижет твою киску, говорит моим голосом мой разум.
Достойно ответить не успеваю, потому что нас прерывает пожилая пара. Не успела я и глазом моргнуть, как Давид представляет меня своим знакомым, как свою невесту. Не девушка, а невеста! Он словно издевается надо мной, не дает мне время переварит его слова. Кто-то подходит к нам, чтобы поприветствовать Гордея, к кому-то мы сами подходим. В общем, вечер проходит хорошо, я все время нахожусь рядом с Давидом, и даже если не понимаю, о чем они говорит, не перестаю улыбаться.
Проходит час, и Давид обещает, что мы уйдем, как только он отдаст чек. Неожиданно рядом появляется Галина Антоновна, и на ней тоже самое платье, что и на меня. Только вот на ней она сидит так красиво, словно платья была сшита именно для неё. И если я собрала волосы, потому что не люблю, когда они распущены, то у Галины они лежат красивыми волнами.
— Что ты здесь делаешь? — Давид окидывает свою помощницу взглядом. Я хватаю у проходящего мимо официанта апельсиновый сок.
— Я не могла доверить этот вечер ей, — Галина даже не скрывает, как я ей не нравлюсь. Под её взглядом, я начинаю себя чувствовать плохо. Мне кажется, что все глазеют на нашу пару, но поднять голову и убедиться в этом, у меня не хватает сил. — Сегодня мы должны были встретиться с Феликсом Петровом, и убедить его, почему он должен выбрать нашу компанию.
Я отпускаю руку Давида, и смотрю на свой стакан. Я не знаю, о ком она говорит, Гордей со многими меня познакомил, и не все имена я успела запомнить. Неужели, из-за меня он отказался от этой встречи?
— Для этого твое присутствие не обязательно, Галина. Не забывайся.
Хоть Давид говорить спокойным тоном, но его поза напряжена, поэтому я думаю, что он начинает злиться.
— Извините, я-я отойду немного, — пользуясь, что вокруг нас много людей, я быстрыми шагами направляюсь в сторону выхода, легко затерявшись среди толпы. Давид не пытается меня остановить или догнать меня.
Я думаю, это хорошо, потому что я не могу отказать ему, если ему вздумается идти за мной.
В туалете только две женщины, которые о чем-то шепчутся и смеются. Они не замечает меня. Я быстро юркаю в один из кабинок, и закрываюсь внутри. Уперлась руками о дверь, не зная, куда деться в этой кромешной кабинке.