— Катенька! — воскликнула женщина и бодрым шагом пошла мне навстречу. — Наконец-то ты приехала. Я уж думала точно инфаркт получу, если еще час проведу здесь, — чуть в объятиях не задушила. — Милочка, сходи к врачу и скажи, чтобы готовил выписку. Я домой поеду.
— Как скажете, Зинаида Петровна. — улыбнулась медсестра и вышла.
— Проходи давай.
— Зинаида Петровна, что за спектакль? Зачем? — Катя не могла сердиться на бабулю и с мягкой улыбкой смотрела на актрису.
— Пришло время вернуть тебя домой. Ты хотя бы представляешь, какие битвы собираются устроить Руслан и твой отчим? Я же их просто закрою в одной комнате и подожгу.
— Откуда у вас такая любовь к поджиганию домов и людей?
— Да всю жизнь мечтала запереть своего мужа в кабинете и сжечь. Как видишь, мечтой так и осталась, вот и ищу, на ком бы ее исполнить, — махнула рукой бабуля. — Ты лучше расскажи, как доехали? Где мои цыплятки?
— Доехали нормально. Цыплятки ваши спят в вашем доме.
— Ух ты, они меня встретят, значит. Надо срочно домой, — подскочила женщина, закидывая в сумку свои вещи.
— Не знала, что в реанимации оборудовали номер люкс, — усмехнулась, помогая бабушке собирать вещи.
— А-а-а, это вип-палата для таких актеров, как я. Тут есть все, что нужно, и даже компания медсестры. Хорошая девочка, кстати. Надо одному из наших мальчиков ее предложить. Хотя, — задумчиво встала, — предлагать не надо. Нужно им устроить встречу. И не одну.
— Зинаида Петровна… — рассмеялась я. У этой женщины энергия в организме покоя не дает. Ей уже скоро семьдесят пять лет будет, а она скачет, как восемнадцатилетняя девочка.
— Ну а что? Хорошее не стоит упускать, надо к себе в дом брать.
— Вы чересчур энергично себя ведете для той, которая с инсультом лежит.
— Да, с этим не поспоришь, — открыла дверь, которую Катя только заметила, и выкатила оттуда коляску. — Вот. Покатаешь меня.
— И зачем вам это все? Ну вернули вы меня, и что дальше?
— А дальше, деточка, мы с тобой опустим на землю моего внука и твоего отчима. Ты теперь у меня девочка сильная, покомандуешь над нашими тиранами.
— Не поняла?
— Муж, сволочь такой, пусть в аду горит, не успел передать свои акции сыну. Вот они и достались мне.
— При чем тут акции и я?
— Сыну, Бореньке, досталось сорок девять процентов акций, а мне — пятьдесят один. Так вот, Борька мой акции свои поделил между сыновьями: Русланом и Артемом, — села в кресло, поправляя одежду. — Дай одеяльце, ноги укрою. Как-никак я больная бабушка. Ой, дай еще косметичку мою, надо лицо припудрить, чтобы больнее выглядеть.
— Ну вы актриса! Вам бы в театре работать.
— Хотела. Да только мой муж, пусть в аду горит, не пустил. Так, не отвлекай меня. У меня пятьдесят один процент акций, у Артема — двадцать четыре, у Руслана — двадцать пять. Как думаешь, кто главный в фирме? Правильно, ты! Вот и напудрилась. Похожа на больную?
— Похожи… Подождите, как я?
— Вот так. Я тебе дарю свои акции. Ты же мать моих правнуков. А Руслану фиг с маслом. Артем тоже на твоей стороне будет. Так что загоним мы его в угол и заставим умолять о прощении.
— Я не приму! Даже не просите. Отдайте лучше Артему. Мне не надо.
— Я спрашивать, что ли, буду? — лукаво усмехнулась бабуля.
— Зинаида Петровна…
— Поговорим дома. Вези меня давай, — Зинаида Петровна не собиралась слушать Катю.
И вот эта хитрая женщина теперь сделает из меня орудие мести или все же орудие, которое исправит Руслана? Да не, не верю. Чтобы Руслан изменился, это надо переродиться. Может, в седьмом перерождении он и исправится. На пятьдесят процентов.
Глава 15
Разложив свои вещи, спустилась вниз, где увидела бабулю и детей. Она играла с ними так, будто ей и вправду восемнадцать лет. Откуда в ней столько энергии?
— А где мальчики? — спросила я, присоединяясь к ним.
— Один пошел с твердыми намерениями послать на фиг мать и брата. Второй пошел получать пинок под зад от отца и с улыбкой, послав его вместе со своим наследством, вернется к нам, — довольно хихикнула как девочка бабуля.
— Господи, думала, они пошутили! Надо срочно остановить их, пока глупость не совершили, — взволнованно начала набирать мальчикам.
— Не старайся. Я велела мобильники отключить, чтобы ты не помешала им.