Какой же муж все-таки молодец. Так мастерски выкрутиться только он может. Такой уклончивый ответ тянет на высший балл по предмету “Неверный муж”.
Руслан озадаченно кивает и уходит вглубь первого этажа. Как только жених скрывается за поворотом, Паша произносит:
– Ты вообще можешь держать себя в руках? Ты только что чуть не испортила свадьбу, - бросает небрежно, будто разговор о Лизе это не очередное напоминание об его измене, а просто будничная беседа.
– Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? – сквозь зубы срывается с моих губ, и я не могу скрыть своей ярости. – Какого черта ты до сих пор здесь? Почему ты не понимаешь, что я не могу с этим справиться?
Я чувствую, как просто тону в своей ярости и возмущении, не в силах всплыть на поверхность, чтобы сделать живительный глоток воздуха.
– Хватит, Ася, – голос мужа звучит властно и уверенно, и это только добивает меня. – Не надо истерик. Мы разберемся позже. Сейчас тебе нужно успокоиться.
– Успокоиться? – повторяю я, и в моем голосе слышится сарказм. – Ты не понимаешь, что только усугубляешь положение дел? Я хочу побыть одна, так сложно понять?
Не дождавшись ответа, я отворачиваюсь от мужа и собираюсь закончить спуск по лестнице, но Паша хватает меня за руку. Его пальцы сжимаются на моем предплечье, и я чувствую, с какой силой он меня удерживает. Я стараюсь вырваться, но он не отпускает. Мои эмоции выходят из-под контроля, и я уже ничего не вижу перед собой.
– Отпусти меня! – рявкаю я, и голос дрожит от накопившегося гнева. – Отпусти, или я не отвечаю за себя!
Паша смотрит на меня с таким холодным выражением лица, что я готова взорваться от ненависти. Он медленно и властно отстраняется, и я чувствую, как моё тело наполняется новой волной ярости.
Я так больше не могу!
Заношу руку, чтобы дать мужу пощечину и воспользовавшись его замешательством, свалить из этого места. Но он ловко перехватывает мою руку.
– Совсем уже ополоумела? - Паша вжимает меня в стену, подняв мою руку над головой, - Ась, это уже не смешно. Ты выходишь за рамки.
Я решаю не медлить. С рычанием я перехватываю взгляд Паши и, извиваясь, как змея, свободной рукой краду ключи от машины из заднего кармана его брюк. Это движение было быстрым, почти незаметным, но, конечно, не осталось незамеченным.
Теперь, когда ключи у меня, я чувствую, как частично получаю контроль над ситуацией.
Паша, лишь вздыхает с невольным раздражением.
– Не пытайся ничего сделать, – говорит он холодно, – тебе это не поможет.
Я в отчаянии пытаюсь ещё раз, но он крепко держит мою руку и не позволяет мне сделать больно ни себе, ни ему. Закусываю губу, чтобы сдержать слезы.
Только не при нем, только не здесь.
Я осознаю, что не могу выдержать этот напор эмоций. Я просто хочу убежать, спрятаться от всего этого, но даже в этом я не могу найти покоя.
Наконец, я решаю использовать последний шанс.
Секундное замешательство и я не нахожу лучшего решения, чем как впиться зубами в его руку, что так крепко сжимает мое запястье.
Паша извергает ругательства и отпускает меня. Я прорываюсь мимо него и бегу к выходу. Сердце стучит в груди, и я чувствую, как слезы катятся по щекам. Каждое моё движение сопровождается всплесками гнева и отчаяния, и я готова кричать, чтобы избавиться от этого давления, которое меня уничтожает.
Меня буквально распирает от внутреннего жара. С уверенностью могу предположить, что так ощущается агония, в которой я вся, буквально, варюсь весь этот долбанный вечер.
Когда я вырываюсь на улицу, воздух свежий и холодный, он обжигает мои щеки. Я не могу поверить, что этот праздничный счастливый день в один миг превратилась в ад. Вокруг свадебные огни сверкают как неоновая иллюзия, и каждый звук, каждая деталь напоминает мне о том, как всё было замечательно, а потом за один раз рухнуло. Я стою там, на холодном воздухе, не зная, куда идти, не зная, что делать. Гнев охватывает меня, и я чувствую, как этот яростный поток не оставляет места для разума.
Вскоре я слышу быстрые шаги позади себя. Паша выходит из дома и приближается ко мне. Его шаги тверды и уверены, и я знаю, что он намерен меня остановить. Он подходит, и его присутствие снова становится для меня источником раздражения и злости. Я чувствую, как ярость растёт, и, когда он снова пытается меня успокоить, я теряю последние остатки контроля.