Попытки объясниться прерываются резкой пощечиной от Кати.
– Ты испортила мне свадьбу! - боль пронзает мою щеку, но её слова задевают глубже. Слезы текут беспомощно, но в них нет прошения о прощении, лишь бессильная боль.
– Прости... Я... Я не хотела, я...
Но слова теряются в пустоте, потерянные среди обвинений и криков. Я чувствую себя пустой и беззащитной перед этим штормом эмоций. В моей душе гаснет последний остаток надежды на то, что можно все исправить и повернуть вспять. Это действительно происходит. Это не сон.
Катя кричит на меня. Она словно разъяренная фурия, рвет и мечет, извергая поток бессмысленных обвинений. В ушах до сих пор стоит звон, а все вокруг начинает кружиться, Ноги подкашивает и, кажется, я вот-вот потеряю сознание.
Словно как в кино, в замедленной съемке, меня под руки кто-то подхватывает сзади, не давая свалиться в беспощадную черную пустоту. В этот же момент вижу, как Руслан точно также как и меня, хватает Катю со спины за руки, не давая дальше надвигаться на меня.
– Мне нужно поговорить со своей женой, - голос Паши над самым ухом звучит твердо и уверенно, но удивительно спокойно.
Руслан согласно кивает и обращается к Кате:
– Милая, тебя Лиза зовет. Они никуда не денуться, все хорошо.
Катя бросает на меня полный ненависти взгляд и переводит на супруга.
– Ты прав, я держу себя в руках, отпусти пожалуйста, - произносит она самым невинным ангельским голосочком, как будто не она только что намеревалась меня избить.
Руслан моментально выполняет просьбу Кати, на что моя подруга тут же смахивает несколько слезинок, которых, я готова поклясться, еще секунду назад не было.
Руслан берет Катю под руку и ведет сквозь толпу. Девушка напоследок бросает на меня гневный взгляд и шипит сквозь зубы:
– Мы не закончили.
Мне кажется, что она хотела бы добавить что-то еще, но факт того, что позади меня стоит Паша, остановил её.
Паша, с видимым усилием, разворачивает меня к себе лицом. Он выглядит уставшим и обеспокоенным, и я чувствую, как его взгляд проникает в мою душу.
– Ася, – говорит он, его голос звучит грубо и устало, – нам нужно поговорить. Ты должна объяснить, что случилось.
Я смотрю на него, и в его глазах вижу не только гнев, но и нечто ещё – боль, непонимание. Понимаю, что всё это время он был рядом со мной, но это знание только усиливает моё чувство вины.
– Я… я не знаю, что сказать, – отвечаю я, и мои слёзы льются все сильнее. – Я не знала, что делать. Я не хотела этого…
Паша берёт меня за руку и ведет в сторону.У меня нет сил управлять собственным телом. Уверена, если бы не муж, я бы все еще стояла там, возле Лизы, и просто пялилась бы на неё, не в силах пошевелиться. Вся эта ситуация, этот хаос и боль переполняют меня, и я не могу справиться с эмоциями.
– Ты должна успокоиться, – говорит Паша, его голос звучит мягко, но строго. – Всё это можно исправить. Ты должна взять себя в руки.
– Я не могу… – всхлипываю я, – Я не могу смотреть на это. Всё это ужасно. Я не знаю, как это произошло. Меня посадят? Что теперь будет с нашими детьми?
– О них думай в последнюю очередь, сначала нужно с тобой разобраться.
С этими словами Паша ведет меня на задний двор, подальше от гулдящей и возмущенной толпы.
Глава 12
Я сижу на ступеньках заднего крыльца, обхватив колени руками, и пытаюсь справиться с дрожью, сотрясающей мое тело. Паша стоит рядом, его взгляд устремлен куда-то вдаль, полный глубокой задумчивости. Я знаю, что он ждет объяснений, но мои мысли все еще хаотично блуждают, пытаясь осознать произошедшее.
– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает он, его голос звучит мягче, чем несколько минут назад. Но его взгляд… Таких холодных глаз я еще не видела.
– Я на грани истерики, - произношу едва шевеля губами. Начинаю раскачиваться как в детстве, взад и вперед, чтобы успокоиться. Но это не помогает. Мои глаза снова наполняются слезами, и я делаю несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться.