- Мы подождем. Сколько потребуется.
Я чувствую легкий укол, и медсестра ловко наполняет пробирку моей кровью. Затем она просит нас подождать в коридоре. Мы выходим, и ночная тишина вновь окутывает нас. Эта тишина кажется мне оглушительной.
Мы сидим в коридоре. Я не могу усидеть на месте, постоянно ерзаю. Паша же, наоборот, застыл как статуя. Его взгляд устремлен в одну точку, и я не могу понять, о чем он думает. Его присутствие давит на меня, заставляя чувствовать себя маленькой и беспомощной.
Все будет хорошо, - мысленно говорю себе, пытаясь заполнить гнетущую тишину и попытаться успокоиться.
Паша вообще никак не показывает свое присутствие. Заметив мой пристальный взгляд краем глаза, медленно поворачивает голову в мою сторону.
– Все будет хорошо, - произносит безэмоциональным, механическим тоном.
Время тянется невыносимо медленно. Я пытаюсь отвлечься, рассматривая плакаты на стенах, листая старые журналы, но ничего не помогает. Мысли постоянно возвращаются к результатам анализа и к тому, что было и что будет дальше. Страх сковывает меня, заставляя сердце биться чаще.
Я полностью потеряна, и, кажется, не способна мыслить здраво. По крайней мере, события вечера не поддаются моему анализу. Все кажется каким-то слишком запутанным и нелогичным, странным.
Наконец, дверь открывается, и девушка выходит с папкой в руках. Я вскакиваю, чувствуя, как колени подгибаются от волнения.
Глава 20
- У меня хорошие новости, - с улыбкой произносит девушка. - Тест на алкоголь отрицательный.
Я чувствую, как с плеч спадает огромный груз. Улыбка сама собой появляется на лице. Облегчение накрывает меня волной, и на секунду мне кажется, что все будет хорошо. Но когда я поворачиваюсь к Паше, моя радость испаряется.
Он не выглядит счастливым. Наоборот, его лицо становится еще мрачнее. Он хмурится, сжимая губы в тонкую линию. Его глаза сужаются, и в них я вижу что-то мрачное, ни на что не похожее.
- Вы уверены? - спрашивает он, и его голос звучит как сталь. - Никакой ошибки?
- Абсолютно, - отвечает девушка, слегка растерявшись от такой реакции. - Мы провели тест дважды, чтобы исключить любую неточность.
Паша кивает, но я вижу, что эта новость его не радует. Он встает, благодарит врача коротким кивком и идет к выходу. Его движения резкие, властные. Я следую за ним, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
Мы садимся в машину, и Паша заводит мотор. Я жду, что он скажет что-нибудь, но он молчит. Тишина давит на меня, заставляя чувствовать себя виноватой, хотя я не сделала ничего плохого.
- Паш, - наконец решаюсь я. - Ты не рад?
Он бросает на меня быстрый взгляд. Его глаза холодные, как лед.
- Конечно, рад, - отвечает он, но его голос звучит неискренне. - Разве не видишь, как я счастлив?
Его сарказм ранит меня, и я отворачиваюсь к окну, пытаясь скрыть навернувшиеся слезы.
Мы едем домой, и с каждой минутой моя тревога растет. Почему он так себя ведет? Я начинаю анализировать его поведение, и ужасная мысль закрадывается в голову.
Что, если он ожидал, что тест будет положительным? Что, если он хотел, чтобы меня посадили? Тогда он смог бы быть с Лизой, не прячась, не боясь осуждения. Эта мысль пронзает меня как молния, заставляя задыхаться от боли и страха.
Я смотрю на мужа, пытаясь увидеть в нем того человека, которого любила все эти годы. Но сейчас передо мной сидит чужой человек - холодный, отстраненный, словно высеченная из скалы статуя.
Мы подъезжаем к дому. Свет в окнах не горит - дети уже спят. Паша паркует машину, и мы молча идем к дому. Его шаги твердые, уверенные, а я плетусь позади, чувствуя себя маленькой и незначительной, такой ничтожной, что горечь разъедает меня изнутри.
В квартире тихо и темно. Я сразу же направляюсь в ванную. Мне нужно смыть с себя этот день, эти мысли, вот это все. Внутри все неприятно сжимается, когда я понимаю, что предпочту скорее скрыться с глаз мужа, чем проверить собственных детей.
Горячая вода обжигает кожу, но я не обращаю на это внимания. Слезы смешиваются с водой, стекая по лицу. Я пытаюсь понять, как мы дошли до этого. Когда все пошло не так? Когда мой любящий муж превратился в этого холодного, ненавидящего меня человека?