— Ой-ой! — не сдержала я обиженного возгласа, когда дрова покатились на меня.
— Лали? — тут же выскочил из гостиной Алекс. — Ушиблась? Сильно больно?
Он с легкостью одной рукой остановил поток падающих деревяшек и начал осматривать мое лицо, плечи, руки...
— Все в порядке, правда. Просто немного обидно, — неловко замялась я, чувствуя себя еще более неуклюжей.
— Глупышка, — прижал меня к своей груди Алекс, — надо было сразу мне идти и не поддаваться на твои уловки, а тебе не стоило сопротивляться.
Я просто хотела немного остыть. Но признаваться в этом Алексу не стала.
— Жарко что-то. Пусти... пожалуйста, — попыталась я отстраниться от мужчины.
Алекс удивленно посмотрел на меня.
— Где жарко? Минусовая температура, а ты в легком свитере, — он тут же коснулся моего лба.
— Да я от собственных чувств горю! — выпалила я.
Алекс замер, ладонь со лба медленно убрал, но вторую руку на моей талии так и оставил.
Ну и зачем я, дурочка, это сказала?..
— Что? Повтори... — хрипло потребовал он.
Я замялась. Признаваться было очень нелегко и безумно волнительно, но все же я нашла в себе силы сказать:
— Я сгораю от любви к тебе.
На этот раз поцелуй был иным. Он нахлынул на меня такой волной, что, казалось, никакая сила в мире не в состоянии оторвать нас с Алексом друг от друга. Наслаждался моими губами так, будто это самый лакомый десерт. А я отвечала. Никогда бы не подумала, что внутри меня столько огня. Когда холод нипочем, а все внутри накалено до предела. Внезапно я поняла, что с легкостью подсела на эту страсть, которой так боялась. У этого чувства было имя — Алекс Гаталов. Мой страх. Мое безумие. Моя совсем другая жизнь.
Глава 23
За поцелуем мы не заметили, как перешли некую черту. В порыве страсти Алекс слишком сильно прижал меня к противоположной стене, и рана дала о себе знать резкой болью в боку.
— Что такое? — испугался Алекс, но объяснение пришло к нам само, дав понять, что пора остановиться.
Вот только Алекс не спешил отстраняться от меня, а подхватив внезапно на руки, аккуратно занес в дом. Еще в юности он часто носил меня на руках и, хоть я сопротивлялась, зная, что ему тяжело, никогда не отпускал меня. Так было и сейчас.
За размышлениями я совсем не заметила, что любимый мужчина сменил маршрут.
— Ты... ты куда? — я прекрасно понимала, что лестница в этом доме ведет только в одно место, но от волнения более дельный вопрос в голову не пришел.
— Наверх, — лукаво улыбнулся Гаталов.
— Наверху ведь моя спальня, да? — волнуясь, задала я вопрос.
Как бы ни любила я Алекса, но вступать во взрослые отношения до замужества... для моей семьи это будет перебор. Да и для меня сейчас совсем неподходящий момент.
Вот только коварный Алекс отвечать не спешил. Многозначительно молчал, и улыбка была хитрющая. Я знала, что Гаталов никогда не пойдет против моей воли, но робкое волнение закралось в душу, когда мы поднялись на второй этаж.
На секунду Алекс остановился, оглядывая просторную комнату. Здесь было все необходимое: большая кровать, кресла и даже диван; промелькнула мысль, что Алекс вполне может поспать на нем, но движение любимого в сторону кровати прервало мои размышления.
Отодвинув белоснежное и явно подготовленное к нашему приезду покрывало, мужчина аккуратно уложил меня на холодную постель. Пришлось послушно лечь, внимательно наблюдая за выражением пары нежных глаз. Смешинки в глазах у Алекса все так же продолжали играть, а уголки губ пару раз слегка поднимались, однако Гаталов упрямо продолжал молчать.
Укутал меня в одеяло, как маленького ребенка, наклонился, чтобы поцеловать... и тут я замерла. Однако губ хулиган так и не коснулся — запечатлел поцелуй на лбу и наконец заговорил:
— Спи сладко, мой изумруд! Тебе нужно набираться сил. — Легкий вздох разочарования коснулся моего лица, но, поборов себя, Алекс быстро выпрямился и молча побрел к выходу. На долю секунды остановился у двери, чтобы обернуться и выключить свет.
Медленные шаги послышались на лестнице и затихли. Я все еще видела отблески света из гостиной, так как двери на втором этаже не оказалось. Этот свет пробуждал интерес, заставляя прислушиваться к каждому шороху и движению Алекса. И как бы я ни старалась, уснуть никак не могла, зная, что он... там... тоже не спит.