— Алекс, Лали нужно вернуть, — настаивал на своем не понимающий ничего Сармат. — Она будет под нашей защитой. Девочке нужно учиться, да быть настолько долго вдалеке от близких она не сможет.
Плевать. Все равно не отдам.
— Я сказал — нет, — внутри все начинало закипать. — Лали под моей защитой, и, пока все не уляжется, никто ее не достанет.
— Все уляжется только тогда, когда Лали будет в доме своего брата, — спокойно выдал Шахин-старший. — Мы решим... эту проблему вместе, но девочке нужно быть дома. Подумай о чувствах ее брата.
Я же мог думать только о Лали.
Три пары глаз вновь внимательно и недружелюбно смотрели на меня.
Что это? Шантаж? Помощь в обмен на безопасность самого дорого для меня человека? Ни за что!
— Черт с вами! — пнул я на прощание стул. — Сам разберусь! — выходя, я, не удержавшись, звонко хлопнул дверью — еще немного, и она бы слетела с петель.
Вот и поговорили.
Глава 28
Лали
Это был самый нервный месяц в моей жизни. Наверное, хуже было, только когда Алекс внезапно улетел в Германию. Тогда я думала, что не увижу его больше никогда. А встретив снова, поняла, что страх потерять его так и остался со мной.
Уже не первый день я отрешенно сидела у окна и без особого интереса смотрела на море. Ждала. Сил на что-либо другое у меня не было, а голова от бессонных ночей болела так, что оставалось только внимательно наблюдать через стекло за бушующими волнами. Стремительно наступала осень.
Когда закончился первый день без него, я старалась быть бодрой, успокаивала себя, что так надо, слишком мало времени прошло. Прошло еще три дня. Я убрала весь дом и даже книги в шкафу по алфавиту разложила, но Алекс так и не вернулся. Неделя. Вторая. В начале третьей недели все начало меняться. Силы стали покидать меня, а кошмары и непрошенные слезы приходили все чаще.
Месяц. Затворницей в этом когда-то счастливом доме я была уже даже больше тридцати дней. Один раз рискнула позвонить брату, но Ахмат собственными переживаниями словно погрузил меня в еще более глубокую пучину грусти, так что пришлось стремительно завершить диалог обозначив мою четкую позицию — без указания Алекса в Москву я не вернусь. Да, начался учебный год, да, я очень хотела увидеть своего новорожденного племянника, к тому же от брата я никогда еще так надолго не уезжала. Но Алекс... он все перевернул внутри меня, заставляя довериться только ему.
Вздохнув, я вернулась к окну, в тысячный раз представляя себе нашу долгожданную встречу. За это время многие чувства успели смениться другими. Вместо боли приходила бодрость, после с головой накрывала пустота, за ней наваливалась паническая атака, бесконечная обида, масса претензий и раздражение на собственные чувства. Неизменным оставалось одно: мое желание дождаться Алекса. Я знала, что прощу несмотря ни на что, главное — только бы живой. Об этом я молила бога каждый день.
Стук в дверь прервал мои размышления. Повернула голову и посмотрела на часы — четыре. Это значит, что люди Алекса привезли мне еду, поэтому я торопливо потопала вниз.
От уборки еще в первый их приход я отказалась, пытаясь тем самым занять себя хоть чем-то. Но продукты эта миловидная пара средних лет привозила мне стабильно два раза в неделю в одно и то же время.
Пустила их в дом и без лишних разговоров проводила на кухню. Это раньше я задавала много вопросов, пытаясь хоть что-то разузнать об Алексе. Но сейчас... сейчас во мне стремительно все угасало, и я держалась исключительно на вере и его письме, что зачитала до дыр.
И каждый раз так хотелось позвонить Гаталову, но, хватая себя за руки, я терпела, потому что он просил этого не делать. Мне также было интересно, связывался ли он с работниками, что помогали мне по дому, но они отмалчивались — и, кажется, даже не врали, похоже, сами ничего не зная. Я была уверена лишь в том, что Алекс хорошо заплатил им и этой суммы достаточно, чтобы они приходили ко мне еще в течение пары лет. Он позаботился обо всем. Но столько ждать... я не думала, что будет настолько тяжело…
Разложив продукты по полкам и в холодильник, женщина вдруг остановилась и странно замялась. Она будто впервые хотела мне что-то сказать, и я в страхе замерла.
— Мне с самого утра названивают с этого номера, — она протянула телефон, и я тут же узнала знакомые цифры — Ахмат.