— Великолепное произведение, невероятная игра. Друзья, давайте еще раз поаплодируем нашей юной, но такой талантливой пианистке, — зал загремел овациями, а я от повторного внимания к своей персоне чуть засмущалась, пытаясь скрыть свой интерес, — глаза буквально не слушались меня, периодически поглядывая на Алекса. — Ну а теперь я бы хотел уделить внимание причине, по которой мы все здесь собрались, — благотворительный фонд. Сегодня я ступаю на новый путь — помощь другим. Признаюсь честно, я долго думал над тем, в чем же именно могу принести пользу обществу. Сбор на лечение больных? Поддержка детей-сирот? Помощь больным с онкологией? Открытие приюта для животных? Мне хотелось максимально сконцентрироваться на чем-то одном. Не распыляться, а принести реальную пользу в конкретном деле. Я много об этом думал и понял, что погрузиться в вопрос и разобраться смогу только с тем, что пережил сам. Ответ пришел ко мне из детства. Поэтому я представляю вам фонд по борьбе с алкогольной зависимостью «Трезвые родители — здоровая семья». Особое внимание наш фонд будет уделять поддержке семей с детьми.
Сцена заиграла яркими красками, зажегся огромный проектор, гости снова начали хлопать, а я от неожиданности замерла. На секунду стало стыдно: я так сильно погрузилась в себя, что совершенно не вникала в тематику мероприятия. Слышала лишь, что Фонд только открывается, что на благое дело. Да я ведь и брошюру смотрела, а смысл будто только сейчас поняла.
Алекс уловил мой растерянный взгляд и торжественно улыбнулся, чуть наклонив голову вправо. Я догадывалась, о чем он сейчас думал. Будто послание: «Смотри, Лали, я изменился».
Но мы-то оба знаем, что это не так. Кого тут обманывать?
На экране между тем начали демонстрировать какой-то ролик.
— Ну, Лали... — прищурившись, повернулась ко мне Анна Викторовна и уставилась на меня многообещающим взглядом. — Я тебе такую отработку устрою... Ты вообще понимаешь, что с нас могут неустойку стрясти? — преподавателю было нелегко сдержать нотки недовольства в голосе.
— Не стрясут, — уверенно ответила я ей и тут же замолчала, боясь сказать лишнего.
— В каком смысле? — интерес Анны Викторовны усилился, и она еще на пару градусов повернулась в мою сторону.
От большого количества людей вокруг и собственного волнения мне вдруг резко поплохело, стало не хватать воздуха.
— Анна Викторовна... я вам потом все объясню, извините, — я быстро встала и буквально побежала прочь, прикрывая ладонью рот, — кажется, я слишком переволновалась.
— Куда?.. — полетело мне тихое в спину, но я не стала даже поворачиваться, боясь вновь привлечь к себе внимание Алекса, — ему сейчас не до меня.
Забежала в первую попавшуюся на своем пути женскую комнату и хлестко начала плескать на себя ледяную воду. Что со мной? Паническая атака? Будто ком странный внутри разрастался и готов был выйти наружу.
Мне хотелось просто молча постоять у раковины с холодной водой, прийти в себя, но Гаталов, как всегда, не вовремя ворвался в помещение. Влетел бесцеремонно и тут же приблизился ко мне.
— Не надо, — чуть пошатываясь, отошла я к стене, боясь даже соприкоснуться с ним.
— Лали... — чуть растерянно, с беспокойством в глазах позвал меня Алекс.
— Послушай, я ценю твои старания. Это правда очень благородно. Но зачем ты заманил меня сюда, Алекс? Я ведь уже дала тебе понять, что мы не можем быть вместе, — я откинула влажную салфетку и внимательно, искренне недоумевая, посмотрела на него.
— Мы столько всего прошли вместе, а сейчас ты так просто решила все закончить? Извини, милая, я не могу тебе этого позволить, — сверкнул он злым взглядом, и от недовольства у него, казалось, заострились черты лица.
— А я позволения и не спрашивала. Я устала, Алекс, — попыталась было обойди этого недовольного мужчину, но не тут-то было. — Пусти! Ты что делаешь?! — меня буквально зажали в углу, обняли насильно и, ухватив за затылок, попытались поцеловать. — Зверь! Нет! Не хочу!