Встречаю их на своём автомобиле, предварительно набрав в кафе готовой еды.
— Что не весёлая какая, Тай? — величаво садится тётя Лена на пассажирское сиденье рядом со мной. — Радоваться должна. Мы не частые гости у тебя. А почему Глеб не приехал?
Смакую губами. К голове приливает кровь. Крепко обнимаю руль сжав пальцы до показавшихся белых рисунков сухожилий.
— Да что с тобой, Тая? — её голос какой-то раздражённый. — Что молчишь?
А я вообще не хочу с ней разговаривать. Не хочу их видеть. Обоих. Меня тяготит их появление в моей жизни снова.
— Я развелась с Глебом, — произношу сухо и твёрдо. — Теперь я живу в своей квартире. И Олесе нужно будет подыскать другое жильё.
— Как ты смеешь мне такое говорить? — вспыхивает Тётя. — Сколько нужно, столько и будет жить. А до развода до твоего мне абсолютно нет никакого дела. Представляю, что нужно было сделать такого, чтобы такого мужика потерять.
Волоски на коже шевелятся. По коже проходится ледяной озноб.
Хочу закрыть глаза, а потом открыть, чтобы картинка происходящего исчезла навсегда. Вместо этого смотрю на расплывающуюся дорогу.
— В первое время я вам помогу, — уступаю им. — Потом, посмотрим.
— Хм, — нервно ухмыляется моя тётя Лена, вцепившись в меня вопросительным взглядом. Взглядом, который я вижу боковым зрением. Взглядом, обжигающим мою кожу. — Спасибо и на этом.
А когда заходим в квартиру, Олеся, раздвигает нас локтями и проходит вперёд.
— Посмотрим, где теперь я буду жить, — обводит взглядом квартиру, остановившись в небольшом коридоре. — Сейчас я выберу себе комнату.
Она без проса заходит в мою комнату.
Я цепенею на месте от её наглости. Внутри разгорается пламя. Хочется вышвырнуть её. Делаю шаг вперёд.
— Это моя комната, — говорю ей уверенно. — Прошу не входить в неё без разрешения.
— Хм, — она оборачивается на меня, откинув резким движением руки волосы назад. — Могла бы и уступить гостье. Не красиво с твоей стороны. Не знаю, как мы будем с тобой уживаться здесь.
Крепко стискиваю зубы. Сжимаю пальцы в кулаки.
Да не будешь ты тут жить. Успокойся. Не хватало мне, чтобы ты снова начала подличать мне и издеваться надо мной.
— В смысле твоя комната? — перегораживает мне путь моя тётя. — А я где буду жить? — дёргает крыльями носа, подперев свою талию небольшими кулачками.
— С Олесенькой поживёте, — выдаю ей, улыбаясь глазами. — Вы же ненадолго? Правда?
Тётушка резко выдыхает. Раздувает щёки.
— Ну и нахалкой ты выросла, Тая, — пульнула в меня ненавистным взглядом тётушка. — Хорошая жизнь явно испортила тебя. Ты стала невыносимой. Как только Глеб жил с тобой? — качает показательно головой.
Игнорирую её язвительные замечания.
— Или обе в одной комнате, или прошу вас найти для себя более подходящий вариант, — говорю им спокойно. — Больше я ничего вам не могу предложить.
— Ты выгоняешь нас? — дёргает головой тётя. — Это за всё то, что я для тебя сделала? — бьёт себя кулаком по груди. Её шея натянута словно струна. — Я кормила тебя. Одевала. Сюда отправляла вместе с бабушкой. Вот как ты меня благодаришь сейчас.
Да уж. Провожала ты нас. Помню, как мы с бабушкой бежали сверкая пятками. Всю мебель забрала из нашей квартиры. Ещё денег взяла за продажу, так как вроде у неё есть доля от матери в ней. Тётя Лена попросила рассчитаться с ней на месте.
Бабушка не стала спорить, просто отдала ей, запрошенную сумму. Не захотела связываться с алчной дочерью. А потом, купила квартиру в этом городе, вложив в неё все накопления и остаток средств от продажи квартиры.
Мы уезжали, когда я была уже студенткой. Я приезжала за бабушкой в родной город и помогала собраться.
Эх. Какие трудные были те времена. Впрочем, и сейчас не лучше.
Закусываю нижнюю губу, вспомнив прошлое. Всё бы сейчас отдала, лишь бы бабушка была рядом. Но жизнь распорядилась по своему.
— Я всё вам сказала, — с трудом проговариваю слова, — Дальше, вам решать. Надеюсь, вы недолго будете меня беспокоить своим присутствием.