Когда мы уже выехали на прибрежную дорогу и направились на юг, Эйн сообщила, что наша численность уже превысила полторы тысячи. Я полагал, что вряд ли даже половина из них хорошо проявит себя в случае битвы, которой мне очень хотелось избежать. Однако стало ясно, что этим надеждам, похоже, не суждено оправдаться, когда рано утром на третий день нашего путешествия по прибрежной дороге ко мне прискакал Тайлер с известиями о вооружённом отряде, стоявшем на вершине холма в миле впереди.
— Не хотел слишком к ним приближаться, — сказал он. — Поскольку среди них немало лучников. Прикинул, что их около четырёх, может пяти сотен. Стоят не в строю. Но и не двигаются.
— Кавалерия есть? — спросил сэр Элберт.
— Насколько я видел, только пехота, милорд. Но, может, лошади у них спрятаны на той стороне холма.
— Итак. — Рыцарь задумчиво почесал свою ещё больше разросшуюся бороду. — Пойдём через них, или в обход?
— Надеюсь, ни то, ни другое, — сказал я. Меня терзала мысль о том, что вывод насчёт виде́ний Эвадины может быть ошибочным. Неужели она предугадала, что мы пойдём по этой дороге, и послала войска преградить нам путь? Если да, то почему всего несколько сотен, когда командовала тысячами?
Повернувшись к герцогу Гилферду, я спросил:
— Милорд, нет ли у вас часом флага перемирия, который я мог бы одолжить?
Гилферд и Леанора настояли на том, чтобы сопровождать меня, а значит и Элберт тоже поехал. Когда наша группа двинулась под знаменем перемирия к холму, и стало ясно, кто наш потенциальный противник, я понял, что было бы гораздо лучше прийти в одиночку. Тем не менее, некоторое утешение я нашёл в том, что нести знамя предусмотрительно поручил Тайлеру. Для переговоров с разбойником часто нужен другой разбойник.
Я поднял руку, и наша группа остановилась у подножия холма. Глядя наверх, я увидел сборище людей в разных одеждах. Их рядам не хватало военной точности, но, тем не менее, стояли они твёрдо. Люди в центре были вооружены лучше всего — все с мечами или топорами, некоторые в доспехах. Солнце светило высоко над головой, и я ясно видел лица, украшенные руническими татуировками. Самая высокая из них стояла впереди — блондинка с длинным мечом за спиной. Она, как я понял, намеренно долго внимательно смотрела на нас, скрестив руки и наклонив голову. Учитывая обстоятельства, возможно, нашей группе разумнее было бы подняться на холм, но нельзя было, чтобы член королевской семьи унижался таким образом. Простолюдины представляются королевской семье, а не наоборот. Я заметил небольшое изменение в позе высокой женщины, что, как я надеялся, выражало скорее веселье, чем оскорбление, прежде чем она опустила руки и начала спускаться с холма.
— Надеюсь, ты до сих пор ей нравишься, — пробормотал я Тайлеру, который в ответ подозрительно скривился.
— Я никогда ей не нравился, — сказал он. — В нашу прошлую встречу она называла меня Крысой Леди.
Я посмотрел, как высокая женщина остановилась в нескольких шагах от нас. Она не поклонилась и не поприветствовала нас, указывая на то, что мы, вероятно, исчерпали её уступки по части вежливости.
— Принцесса, — сказал я, поворачиваясь к Леаноре, — для меня честь представить вам Шильву Сакен. Эта женщина добилась выдающихся торговых успехов в этом регионе. Госпожа Шильва… — Я поклонился королеве разбойников, — ваш визит оказывает честь принцессе Леаноре.
Изучая преимущественно бесстрастное лицо Шильвы, я поразился тем, насколько мало она постарела. Несколько новых морщин появилось в уголках глаз и на лбу, но в остальном она оставалась той же женщиной, которую Декин на моих глазах обнимал много лет назад. Увидев, как она нахмурила лоб, ответив на мой взгляд, я понял, что обо мне того же сказать нельзя.
— Ебать, юный Элвин, — проговорила она. — Как же ты постарел. Да и подрос нехерово. Хотя пошёл не в Декина. Похоже, он ошибался насчёт своего любимого бастарда.
— Он во многом ошибался.