На негнущихся ногах, с разодранными в клочья чувствами поднимаюсь наверх. Проверяю Леру. Спит, прижав к груди белого зайчика. Подарок отца на прошлый День Рождения.
Мое выстраданное счастье, оказавшееся вовсе и не моим.
Чужая. Рожденная другой женщиной от мужа.
Из груди рвется отчаянный крик. Печет внутренности, кожа горит, голова раскалывается. В глотке горечь.
Покачиваясь из стороны в сторону, пытаясь равновесие найти.
С трудом добираюсь до комнаты.
Блистер с обезболивающим, всегда стоящая на столике минералка. Распущенные волосы, раскиданная по полу одежда.
Падаю на кровать, скручиваюсь в позу эмбриона и просто лежу, глядя в одну точку.
Тишина. Пустота. Черная дыра где-то внутри.
Слез нет. Высохли. Безнадежность, разочарование, упадок духа, неспособность что либо изменить.
Я как будто птица со сломанным крылом. Пытаюсь взлететь, покинуть золотую клетку, но всегда натыкаюсь на невидимую стену. Всегда кто-то тянет меня вниз, придавливая булыжником и накидывая на клетку чёрное полотно.
А в ушах так отчетлив слышан голос…
Спи, Вероника. Не рыпайся. Твоя жизнь лучше не будет.
Дёргаюсь от пришедшего сообщения. Протираю глаза, сажусь поудобнее.
Всматриваюсь в экран.
СМС от Ольги. Номер и пара слов.
«Позвони ему. Поможет с бумажками».
Понимаю, о чем она. Юрист. Видимо, не купленный Ребровым.
Взгляд на часы. Еще не поздно.
Договариваюсь о завтрашней встрече. В его офисе. Бизнес-центр города. Престижное место.
В душе теплится маленькая, но всё-таки надежда, что, может быть, хоть он разорвет контракт со студией. А там и до развода все доведёт. С делёжкой имущества и моей полной опекой над дочерью.
Тем более завтра от съемок заслуженный выходной. Смогу слинять по делам.
* * *
- Ну что я могу сказать вам, Вероника Артемовна, - юрист снимает очки, трет переносицу. - Контракт составлен так идеально, что невозможно подкопаться.
Бум. Бабах.
Это вдребезги разбивается моё сердце и вся появившаяся надежда.
Если уж Вениамин Петрович никаких лазеек не видит, значит это конец.
- Я поняла, - грустно улыбаюсь.
- Но... - палец вверх. - я не сказал, что не смогу расковырять ноющую рану.
- Так вы...
- Постараюсь. Ничего не обещаю, но сделаю все возможное, - вновь надевает очки. - Об оплате не переживайте. Сделаю бесплатно.
- Но...
- Я обязан Ольге своей карьерой. Тем более дружен с ее семьёй, - хорошие связи у подруги. - От вас лишь требуется - иногда отвечать на звонки или приезжать на встречу.
Внутри радость расцветает.
- А мое второе... - кашляю. - деликатное дело.
Да, я ему рассказала все. Без утайки.
Ведь не зная детали, дело не открыть.
- Оу, - чешет затылок. - Тут все гораздо сложнее. Вы не являетесь биологической матерью Валерии. Если ваш муж пойдёт в суд, то легко его выиграет. Девочку отдадут родному отцу, а не женщине, просто ее выросшей. А если еще и настоящая мама появится... - разводит руками в стороны. - Нужно, чтобы она отказалась от родительских прав сама. Также необходимы доказательства того, что Тимофей Олегович плохо с ней обращается.
Ребров никогда ее не отпустит. Да и не скажет по доброте душевной, где та типа суррогатная мать. Наверняка, из города уехала. Денег-то ей целую кучу заплатили.
И Лере вред не причинит. Просто не будет обращать на нее внимание.
- Другого выхода нет?
- К сожалению, - подбадривающе улыбается.
Снова апатия нападает. Снова все переворачивается с ног на голову.
Моя Лера. Доченька. Малышка. За что же судьба так с нами поступила? Где мы так Бога прогневали?
Ухожу от юриста в совсем подавленном состоянии. Ничего и никого вокруг не замечая.
- Куда прешь?