Не хуже, чем у Реброва лицо вытягивается, даже пятнами покрывается.
- Мне нездоровится.
Не буду же я рассказывать, что застала мужа с любовницей. К тому же я и правда чувствую себя выжитой как лимон.
- У тебя месячные?
- Нет.
- Ты беременна?
Хлясь.
Это как пощечина, как удар острой катаны. Прямо в сердце, уничтожая все внутренние органы, но не давая мне умереть.
- Нет, - кое-как сдерживаю слезы, готовые политься мощным потоком.
Лицо держать перед чужими людьми я умею.
- Тогда я не вижу причин отлынивать от работы, моя дорогая. У тебя по контракту все…
- Да прекратите мне напоминать об этом чёртовом контракте! - не выдерживаю, злиться начинаю.
Слово «контракт» для меня как триггер. Спусковой крючок нажат, и я уже не могу себя контролировать.
- Это что еще за истерика, Вероника?! Какого хрена ты орешь? Звезду словила, что ли? Сдурела?
- Эй, полегче, - Оля встаёт на защиту. - Вы не с девочкой из массовки разговариваете.
Кажется, будто Фаина только-только понимает, что в гримерке мы с ней не одни.
Топчется на месте, прокашливается и смотрит так, что беды Оле обеспечены.
- А ты вообще кто такая?
- Журналист, - показывает пропуск. - И подруга Вероники.
- Ах, человек Павлухина, - злобно посмеивается. Это не к добру. - Послушай, «подруга Вероники», - холодно, с недовольством. - мы вроде бы никаких интервью не даем. Какого черта ты тут забыла?
- Я пришла к…
- Охрана! - орет в «ухо» Фаина. - Посторонний на площадке.
За какие-то секунды в комнату врываются два «шкафа» и просят Олю «вежливо» уйти.
Ей приходится согласиться, ведь выпроваживать по-плохому они умеют лучше всего.
- Фаина, послушай… - должна же она меня понять.
- Нет, это ты послушай, милочка, - вальяжно прохаживается по гримерке, ее аура заполняет все пространство. И это что-то по-настоящему зловещее. - Я три года с тобой вожусь. Терпела все твои выходки и недовольства.
- Какие ещё…
Да она спятила. Я никогда не возмущалась, так как меня все устраивало. До сегодняшнего дня.
- Замолкни! - грубо, с яростью в чуть прокуренном голосе. - Ты стоишь кучу бабок. Твоя рожа светит всем с экранов гаджетов и красуется на баннерах и автобусах. Мы тебя так раскрутили, что сдавать назад права не имеешь. Терять из-за твоей мнимой болезни прибыль и свою репутацию я не собираюсь.
- Я не рабыня, чтобы выполнять беспрекословно волю хозяина.
Не позволю так с собой обращаться. Хватило мерзкого отношения от мужа. Фаина - просто агент, менеджер актеров. У нее нет силы и власти надо мной.
- Ошибаешься. Подписав тот контракт, ты продала душу Дьяволу, Вероника, - да она сама сущая дьяволица. Обратится сейчас в существо с рогами и хвостом.
- Его изменили без моего ведома.
- Пффф. Не мои проблемы. Надо было думать своей башкой и читать внимательно, - ядовито усмехается.
- Ты знала, - догадка чуть с ног не сбивает.
- Да, - равнодушно пожимает плечами. - Это удерживает тебя от ошибок. Вдруг захочешь уйти в другую студию. Этого делать нельзя.
- Ты… да ты…
Слов нет. Эмоции волнами нападают. Задыхаться начинаю. За сердце хватаюсь, которое пронзает резкая боль.
Чего ты ожидала, Вероника? Думала, тут есть тот, кто тебя защитит? Нет. Ни один человек не встанет на сторону актрисы, если она решится сорвать съёмки по очень веской причине.
- Подбери сопли, Ронни. И вперёд на площадку. Или… - сатанински подхихикивает. - позвать охранников, чтобы силком тебя вывели?
Сглатываю, ощущая бежащий по спине холодок.
Я слишком хорошо знаю Фаину. Она на многое способна. А уж при поддержке Тимофея Реброва для нее везде двери открыты.
Нет, актёрский Олимп не мечта, не сказка, не рай для талантливых людей. Это ад, злачное место, где тебя могут легко использовать или выгнать, если не оправдаешь надежд.
- Я выйду. Сама. Дай мне десять минут.