Лина накапала успокоительного и поставила перед ней стакан. Теперь она не видела в ней врага – это была очередная несчастная женщина, в очередной же раз битая жизнью.
– ...Хотя бы подарки позволите присылать? Пусть мальчик знает, что у него есть родня на юге…
Лина была готова сослаться на то, что решать это должна только Лора, но добивать старуху ей не хотелось.
– Присылать – можно. Но больше не приезжайте. И не пытайтесь в будущем встретиться с моим племянником – договор бессрочный, помните об этом.
С того разговора прошло два года, но незваных "родственников" они больше не видели. Подарки приходили исправно: на все большие праздники и, конечно, на день рождения. Племянник пока был совсем мал и не задавал неудобных вопросов, и такое положение дел устраивало и Лору, и Лину.
А Джулиус Доун проявлял свою мерзкую натуру ровно с девяти утра до пяти вечера — молодые юристы едва выдерживали полгода, и после очередной серии “Я уволил этих идиотов!”, в офис “Грант и Доун” вошёл парень настолько красивый, что Лина аж зажмурилась от удовольствия.
— Я на собеседование к мистеру Доуну, — произнёс он, и хотя акцент был почти неуловим, Лина тот час с разочарованием подумала: “А он — аппийец”.
Глава 4
В адвокатской конторе «Грант и Доун» считалось, что если ты не умеешь повязать бабочку к смокингу, не печатался в газете университета Оресты и не имеешь привычки читать за завтраком «Левантидийские времена», то даже просто сварить коллегам кофе — для тебя слишком большая честь.
Альберт Лаккара опаздывал на работу. Находясь в конторе в самом низу иерархической цепочки, он не мог позволить себе появиться в офисе даже на пять минут позже девяти утра. Старик Грант в это время ещё попивал латте в кафе напротив, но его партнёр, Джулиус Доун, уже сидел в своём кабинете, из окна которого видел всех, кто подходил к крыльцу двухэтажного офиса. “Если вас нет на рабочем месте за пятнадцать минут до начала рабочего дня – вы уже опоздали” – Джулиус вещал категорично, и никто в офисе не смел ему возражать.
Адвокатуру Альберт закончил всего несколько месяцев назад. Сейчас он работал на своё будущее резюме. Возможность начать карьеру в такой фешенебельной конторе как «Грант и Даун» он считал большой удачей, хотя зарплаты пока едва хватало, чтобы снимать комнатушку на востоке Оресты, в Ваньере.
Ваньер — самый бедный район города, настолько безнадежен, что даже поисковик при первом же запросе выдавал не красивые панорамные виды или рекламу ресторанов, а ворох ссылок на ленты криминальных новостей.
Альберт жил словно в городе контрастов. Он выходил из старой многоэтажки, садился на велосипед, купленный за пятьдесят баксов на распродаже, минут двадцать ехал по улицам с обшарпанными магазинами, проститутками и нищими вдоль дороги, пока, наконец, не добирался до делового центра Оресты — чтобы за пятнадцать минут до девяти, как того требовал неумолимый Джулиус Доун, забежать в офис и услышать, как секретарша Лина, которой впору податься на конкурс красоты, отвечая на телефонный звонок, щелкает коммуникатором и сообщает будничным голосом: «Мистер Доун, вам звонят из офиса премьер-министра».
Контора располагалась в небольшом двухэтажном доме, построенном лет сто назад. Это было добротное строение с высокими потолками, огромным камином в холле, в трубе которого пару раз застревали упитанные еноты, и шестью комнатами, что ныне служили офисами Гранту и остальным юристам и паралегалам, которых по контракту нанимали время от времени. Самый просторный офис на втором этаже занимал Джулиус Доун, поменьше, на первом, достался Гранту, Роджер и Лина занимали комнатушки, которые служили прежним хозяевам кухней и уборной. Лаккаре же достался закуток в полуподвале: между сейфовой дверью в помещение, где хранились завещания самых богатых людей провинции, и кухонным столом с микроволновкой.
Лаккара заскочил в офис в последнюю минуту. Чуть не сбил с ног Лину: грациозно покачивая бедрами, она шла к лестнице, прижимая к груди папку.
— Совсем сдурел? — даже «сдурел» в её устах не звучало грубостью. — Тебя шеф убьет, если ты сейчас же к нему не поднимешься, и пеняй потом на себя.
— Приятно, что ты беспокоишься, — он сразу приосанился, взглянул на нее сверху вниз — благо, его рост позволял смотреть сверху даже на высоких женщин. За внимание Лины они с Роджером соперничали чуть ли не с первого дня, как устроились на работу, но втайне Альберт надеялся, что его спортивное подтянутое телосложение дает ему кое-какие преимущества. Может быть, у Роджера и есть двухэтажный дом, доставшийся ему по наследству от богатого дядьки, но коротышка Роджер и десяти метров не пробежал бы без одышки.