— Пусти! — прохрипела стерва.
Курьер, а это именно он подоспел к нашей драке, расслабил хватку.
— Ты ещё пожалеешь, что связалась со мной, дрянь! — бросила мне напоследок Лиля и вышла из квартиры.
Я села прямо на пол, пригладила волосы. Кожа головы болела. Адреналин хлестал как бешеный. Руки тряслись. Давненько мне не приходилось драться. С детства, наверно.
— Спасибо! — искренне поблагодарила я парня.
— Да, не за что. Может полицию вызвать? Или скорую?
— Не надо. Я в порядке. А полиция… она ничем не поможет.
— Ну, ладно. Тогда заберите ваш заказ и закройте дверь на ключ. Вдруг эта ненормальная вернётся.
Кивнула, ещё раз поблагодарила его за спасение. Лиля хоть и худая, но явно тренированная. Не уверена, что у меня получилось бы одолеть её. Ну и, конечно, вырванным клоком волос я бы точно не отделалась.
Курьер передал мне средство для удаления плесени, чиркнул что‑то в своём планшете и ушёл. Я по его совету заперлась на несколько замков. Побрела в комнату, легла на сырой диван и закрыла глаза.
Сердце стучало как ненормальное. Казалось, оно прямо в голове отбивает свой ритм. После адреналина накатила усталость. Голова медленно наливалась свинцом.
И вот эту сучку Егор считает спокойной и уравновешенной? Да, ей определённо нужно лечиться! Никакой речи не может быть, чтобы отдавать ей моего сына! Она же столкнёт его с лестницы, а потом сделает вид, что так и было!
Это же касается и Егора! Если его невеста так отреагировала на наш поход в ресторан, то что она сделает, если Матвеев признает отцовство?! Мне даже подумать страшно! Нет, нет и ещё раз нет!
Конечно, я могла бы рассказать ему о драке и о том, что это именно его обожаемая Лилечка напала на меня! Только это получается моё слово против её слова! И кому же он поверит?
Ответ очевиден.
Больше часа я просто лежала. Сил, чтобы встать и начать что‑то делать совершенно не было! Через не могу подняла себя с дивана. Алла умничка, но жить у неё долго не получится. Мне нужно брать себя в руки и наводить порядок в жизни.
Обработала чёрные точки на стенах. Сняла все обои до конца. Под виниловыми обоями влага никуда не уходит, вот и образуется грибок. Квартира стала выглядеть сиротливо и безлико. А ещё утратила свой жилой вид.
Я погрустила немного, приняла душ, собралась и пошла за сыном. Не время опускать руки! Только вперёд!
В сумке ожил телефон. Едва глянув на экран, поморщилась. Звонил Егор. Неужели эта змея успела нажаловаться? Оправдываться мне не хотелось, но и прятаться от проблем не в моих правилах.
— Да!
— Настя, привет. Ты подумала насчёт теста?
Я так опешила, что не сразу поняла, о чём он. Голова была забита совершенно другим.
— Теста? — переспросила непонимающе.
— Да, Настя. ДНК теста на установление отцовства.
Его голос показался мне обыденным. Значит, Лиля промолчала? А я‑то думала, что она тут же побежит жаловаться!
— Ты сейчас дома? Подождёшь пятнадцать минут? Я заеду, заберу вас с Арсением. У меня для него подарок.
Это стало последней каплей в океане сегодняшнего безумия. Ему плевать, что я просила не покупать сыну подарки без моего разрешения! Ему плевать на меня! Он спокойно переступает через мои запреты и чувства!
— С чего ты взял, что можешь вот так врываться в мою жизнь?
Все мои беды, все трудности начались после первой встречи с Егором. А после второй вся моя жизнь полетела в бездну! Всё, что я так старательно выстраивала: карьера, дом, отношение с сыном. Всё пошло коту под хвост с появлением Матвеева!
Да даже потоп в моих запутанных, мечущихся мыслях стал ещё одним подтверждением этих выводов!
— Настя, что‑то случилось? Ты какая-то особенно нервная сегодня.
Всё! Вынесло! Это я нервная? Я? А его психичка-невеста образец спокойствия и приличия, надо полагать!
— Знаешь, Матвеев, я бы всё на свете отдала, чтобы отмотать время назад и никогда, ни за что не встречаться с тобой! Потому что ты непроходимый идиот! И я жалею, что заключила контракт! Оставь в покое меня и моего сына! Я не буду делать тест ДНК! Потому что Арсений только мой сын! Мой! Понятно? Не звони мне больше! Видеть и слышать я тебя не желаю!
Я орала в трубку. Прохожие оборачивались на меня, но мне было плевать. На том конце провода воцарилось молчание. Мне до жути. До дрожи в пальцах хотелось поругаться с ним! Выплеснуть весь тот страх, всю ту злость, что я испытала сегодня! Но с Егором даже поругаться было невозможно! Грёбаная ледяная глыба.