Осуждающий тон и выжидательное молчание добили мою нервную систему.
— Да!
— Простите?
Он нависал надо мной и давил авторитетом. Так, я чувствовала себя маленькой девочкой, которую отчитывает грозный начальник.
Вскочила на ноги, развернулась к придурку.
— Да, у меня есть дела поважнее, чем слушать пафосные речи! Вы купили компанию, я поняла. Но это не значит, что нас тоже! И пока я здесь, мой… — до меня вдруг дошло, что я собираюсь сказать, и я резко замолчала.
— Продолжайте, Анастасия Степановна.
— Мою дверь ломают! — также запальчиво продолжила я, решив не отступать от легенды.
Холодный взгляд прошёлся по моему лицу. Ни тени узнавания.
Обида едкой кислотой разъехалась душу. Я растила его сына, а он меня даже не узнал!
Коллеги в шоке пялились на меня. Подруга прикрыла ладонью глаза.
— Хорошо. Тогда не буду задерживать вас своими пафосными речами. Можете идти.
Чего? Вот так просто? Он спустит мне хамство?
Я уже жалела, что наговорила ему гадостей. Мне не стоило хамить владельцу студии в первую же встречу, но всё так не вовремя произошло!
— Вы меня отпускаете? — переспросила я, заподозрив, что ослышались.
— Да. Но жду вас на индивидуальную беседу. Сразу после того, как вы решите свои неотложные дела.
— Хорошо. Спасибо.
Подхватила сумку и пошла к выходу. Валентин Петрович смотрел на меня с жалостью, а до меня вдруг дошло, зачем Егор ждёт меня вечером. Чтобы уволить своенравную сотрудницу!
Всю дорогу до сада я оплакивала свою работу. Студия после моего прихода сделала качественный рывок на рынке! Да и я прокачалась как специалист. Ко мне стояла очередь из клиентов!
А теперь я всё это потеряю. По условиям договора все проекты остаются собственностью компании. И я не могу их использовать.
Уводить клиентов тем более! Ведь тогда нарвусь на судебное разбирательство.
А денег потянуть хорошего адвоката у меня нет.
Матвеев ни за что не оставит меня в студии! Я прямо пошла против его авторитета. Странно, что он не уволил меня сразу при всех.
В сад охранник пустил меня без вопросов. Мне приходилось часто забирать сына раньше.
В группе стояла тишина. Я выглянула в окно. Все дети гуляли на улице. Постаралась высмотреть там сына, но его ярко-зеленой курточки нигде не видела. Нужно спускаться и идти на площадку.
В маленькой кухоньке при группе шумела вода.
Спустилась по лестнице, подошла к воспитателю, параллельно стараясь высмотреть Сеню.
— Добрый день! — хмыкнула Екатерина Петровна — Вы не спешили.
Воспитательница нам попалась старой закалки. Она считала себя главной в саду и всячески транслировала это.
— Мне пришлось отпрашиваться с работы, а потом ехать сюда. Что случилось? И где Арсений? Я что‑то не вижу его.
— Анастасия Степановна, я сейчас занята! И не могу отвлекаться. Если хотите обсудить поведение сына, приходите вечером и ждите, пока детей заберут! — отчитала меня воспиталка — Ваш сын в группе.
— Как это?
Злость закипала в груди. Я не могла поверить, что эта мегера оставила моего сына одного в группе.
— Он наказан! За драку с другим мальчиком.
— Значит, этот мальчик тоже в группе? А что если они подерутся опять! Как вы могли оставить их одних?
— Если вы так беспокоитесь о сыне, то вам стоит забрать его, а не выяснять отношения со мной. — хмыкнула воспиталка.
Во мне она видела пустое место! Я развернулась и побежала обратно в группу.
Арсений сидел на стульчике для наказаний. Он смотрел в одну точку и упорно сдерживал слёзы.
— Арсюша! — позвала я его, он тут же вскочил, кинулся ко мне.
Уткнулся в мой живот, его плечи тряслись. Глаза покраснели. Он утер их рукавом.
— Малыш, что случилось?
Он упрямо покачал головой, не желая жаловаться.
На шум выглянула нянечка. Она смотрела с жалостью на сына.
— Ой, Анастасия Степановна, здравствуйте! Екатерина Петровна попросила меня присмотреть за Арсением. Но у меня дел невпроворот. Вот я и отвлеклась!
Глубоко вдохнула, чтобы хоть немного успокоится.
— А где второй мальчик?
— Какой?
— С которым Арсений подрался!
Нянечка растерянно развела руками.
— Так, он гуляет.
— А мой сын почему сидит на стуле?
— Анастасия Степановна, я же просто няня. Всё решает воспитатель. Вам лучше уточнить у неё.
Перевела взгляд на сына. Он выглядел совершенно подавленным. Мало того что его наказали, а второго мальчика нет. Так, ещё ему пришлось сидеть в группе на стульчике, когда другие дети гуляли!