Видов отодвинулся от бывшего тестя подальше, насколько позволяло пространство скамьи подсудимых. Ройсман сделал то же самое.
Сегодня последнее заседание, позади долгие недели расследования, очных ставок, следственных экспериментов, призрачных надежд и всепоглощающего отчаянья.
Денис мысленно покачал головой и вздохнул.
Как же он устал!
Но хорошо, что наконец-то им будет вынесен приговор, и дальше они пойдут каждый своим путём.
Не оправдают, это очевидно. Но может быть, наказание для него, Видова, окажется мягче, ведь он признал вину, раскаялся и даже содействовал следствию?
- Именем Российской Федерации ХХХ суд города Москвы признал Видова Дениса Викторовича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначил ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет в исправительной колонии общего режима. Приговор может быть обжалован в ХХХХ суде в течение 15 суток со дня его провозглашения».
Денис мысленно охнул и покачнулся.
Да, не максимальный срок, в этом повезло. Но и это много. Года не пройдёт, и о нём никто из коллег даже вспоминать не будет. Больше ему не блистать в высшем обществе, не быть накоротке с сильными мира сего, не пить вино за несколько тысяч убитых енотов за бутылку. Теперь никто не подаст ему руки, никто не пригласит на свадьбу или юбилей!
А ещё после выхода из колонии ему придётся искать новое место работы. Не в столице – увы! – жить-то тут теперь ему негде, а снимать… Не потянет.
И придётся ему возвращаться в родной городок, к родителям. Туда, откуда бежал, не оглядываясь.
«Эх, знать бы, где упаду, заранее подстелил бы себе соломки. Мог же купить родителям квартиру побольше, была возможность. Как и открыть счёт на отца или мать и держать там подушку на чёрный день. Но я решил, что они старые, им и так сойдёт, а про деньги даже не подумал. Теперь мне придётся ютиться с ними в старой двушке и жить на то, что сумею заработать…»
Денис вздохнул, вполуха слушая перечисления вменённых Вениамину статей.
«Архитектором мне больше не работать, потому что, во-первых, кто захочет связываться с мошенником и почти убийцей? В профессиональном мире моей репутации конец.
И, во-вторых, даже если бы где-нибудь на периферии и нашёлся желающий заказать проект, то... После ожога моя правая рука не то что карандаш, она даже мышку держать не может! А левой чертить и рисовать – лучше вообще не браться. Боже, как бездарно я всё прос…ал!»
- 15 лет строгого режима, конфискация части имущества, запрет на занятие предпринимательской деятельностью, - судья дочитал приговор.
Вениамин съёжился, закрывая лицо руками: на свободу он выйдет совсем стариком. Если доживёт.
А Денис испытал ни с чем не сравнимое удовлетворение – да! Так его! К ногтю гада!
Если бы академик не соблазнил его, Дениса, перспективами и не всучил свою дочку, ничего бы этого не было!
Жил бы он себе дальше с Васькой, присваивая её работы и потра…ивая безотказных красоток. Горя бы не знал!
«Было бы справедливо, если бы и ей прилетело! Обидно, что я за решёткой, а она будет жить на полную катушку. Гений, блин, непризнанный! Хотя…уже признанный. Но где бы она была, если бы в своё время я не взял её под своё крылышко?» - негодование накрыло с головой.
Новости с воли доходили обрывками, но и этого хватило, чтобы узнать, что девчонка умудрилась перетянуть на свою сторону не только владельца АртСтройПроекта, но и подружиться с самим Николаем Латыниным, обрести защитника в виде генерал-лейтенанта Аверина и выйти замуж за какого-то Сочинского богача.
Говорят, на свадьбе гулял весь архитектурно-строительный бомонд не только Москвы, да и не только архитектурно-строительный!
Снова вздохнув, Видов мысленно пожелал девушке всяческих несчастий и охнул, потому что неловко оступился и подвернул ногу. На ровном, блин, месте!
«Она точно ведьма, - подумал со страхом. – Ну её на… Пусть живёт, как хочет, я больше не буду её вспоминать и желать ей… разного. Лучше переключиться на Ройсмана – он теперь никому не страшен!»
Бывший тесть получил в два раза больше – это несколько примиряло с собственным приговором.
К организации покушения на убийство у Вениамина добавилось ещё несколько статей – мошенничество и т.п., поэтому его прегрешения оказались увесистей.
Из-за последних событий здоровье академика сильно пошатнулось, все друзья и полезные знакомые, которые раньше заглядывали ему в рот и считали за честь быть приглашёнными на семейные мероприятия Ройсманов, мгновенно перешли в категорию бывших. И теперь делали вид, что незнакомы.