— Три года, — наконец тихо сказала Вера, глядя в пол. — Ксюш, я...
Три года. Три года они встречались за моей спиной. Пока я готовила ужины, помогала детям с уроками, планировала семейные праздники и отпуска, поддерживала Анатолия в его карьере. Три года мой муж и моя лучшая подруга смотрели мне в глаза и лгали.
Что-то внутри меня сломалось. Ощущение было физическим, как будто трещина прошла через всё моё существо. Боль была такой острой, что на мгновение я подумала, что у меня сердечный приступ.
— Мама? Пап? Что происходит?
Маша стоит в коридоре, красивая в своём белом платье, с выражением тревоги на лице. И тут я понимаю, что не могу устраивать сцену. Не могу разрушить свадьбу дочери своими проблемами.
Я сделала глубокий вдох и с усилием улыбнулась:
— Ничего, милая. Я просто искала папу. Пора резать торт.
Глаза Анатолия расширились от удивления. Он явно ожидал истерики, криков, сцены. Но я не могла позволить себе такую роскошь. Не сейчас. Не здесь.
— Да, конечно, — поспешно сказал он, подходя к дочери и обнимая её за плечи. — Идём, принцесса.
Я посмотрела на Веру. Она стояла, опустив голову, и её плечи дрожали. Мне хотелось ударить её, закричать, спросить, как она могла так поступить со мной после стольких лет дружбы. Но я только сказала:
— Не показывайся мне на глаза. Ни здесь, ни когда-либо ещё.
И пошла вслед за мужем и дочерью.
Оставшаяся часть вечера прошла как в тумане. Я улыбалась, фотографировалась, поднимала бокалы за счастье молодожёнов. Танцевала с Анатолием, когда этого требовал протокол. Со стороны мы, наверное, выглядели идеальной семейной парой… успешный бизнесмен и его элегантная жена, родители прекрасной невесты.
Но внутри меня было пусто. Абсолютно пусто. Как будто все чувства разом выключили.
Когда мы вернулись домой далеко за полночь, дети сразу разошлись по своим комнатам. Мы с Анатолием остались одни в гостиной.
— Ксюш... — начал он.
— Не сейчас, — перебила я его. — Я слишком устала.
И это была правда. Я чувствовала себя выжатой, как лимон. Но дело было не в физической усталости. Я устала эмоционально, морально. Двадцать пять лет моей жизни только что оказались обманом.
Я поднялась в спальню, заперла дверь и легла, не раздеваясь. Лежала и смотрела в потолок, пытаясь осознать, что произошло и что мне теперь делать.
За окном начало светать, когда я наконец разрыдалась.
Глава 2
Глава 2
Утро после свадьбы Маши наступило неожиданно ярким и солнечным, словно издеваясь над моим состоянием. Я не сомкнула глаз всю ночь, проплакав до рассвета, а потом просто лежала, глядя в потолок и чувствуя, как жизнь, которую я знала, рассыпается на осколки.
Анатолий несколько раз стучал в дверь, просил поговорить, но я молчала. Что тут говорить? Какими словами можно объяснить предательство, длившееся три года? Что он скажет? Что это случайность? Что он сожалеет? Что любит только меня? Все эти фразы казались мне сейчас такими жалкими и пустыми.
В восемь утра я наконец встала, приняла душ и спустилась на кухню. Дом был непривычно тих… Алина и Кирилл ещё спали после бурной свадьбы. Анатолий сидел за кухонным столом, ссутулившись, с чашкой давно остывшего кофе. Когда я вошла, он поднял голову, и я увидела, что он тоже не спал… глаза красные, под ними тёмные круги, на щеках щетина.
— Ксюша, нам нужно поговорить, — сказал он тихо.
Я молча прошла к кофемашине, налила себе чашку эспрессо и села напротив него. Минуту мы смотрели друг на друга через стол, ставший вдруг таким широким, словно между нами пролегла пропасть.
— Я не знаю, с чего начать, — наконец произнёс Анатолий.
— С правды, — ответила я. — Начни с правды, Толя. Хоть раз в жизни.
Он вздрогнул от моего тона. Я сама не узнавала свой голос… холодный, жёсткий, с нотками горечи, которые я никогда раньше не слышала.
— Я не хотел, чтобы так получилось. Это просто... случилось.
Я усмехнулась:
– “Просто случилось”? Три года, Толя. Три года ты спал с моей лучшей подругой за моей спиной. Это не “просто случилось”. Это был выбор. Твой выбор. Каждый раз, когда ты лгал мне, говоря, что задерживаешься на работе. Каждый раз, когда ты отвечал на её сообщения, пока сидел рядом со мной на диване. Каждый раз, когда ты смотрел мне в глаза и притворялся, что всё в порядке.
Анатолий опустил голову:
— Ты права. Это мой выбор, и я... я облажался. Я не могу это оправдать. Но я никогда не хотел причинить тебе боль.
— О, как это мило с твоей стороны! — я почувствовала, как внутри поднимается волна ярости. — Ты трахал мою лучшую подругу три года, но не хотел причинить мне боль? Серьёзно, Толя?