– В чем ты клянешься, Дань?
– Это я встретил тогда бывшую знакомую. Она попыталась ко мне клинья подбить, но я ей сразу сказал, что женат и меня не интересует поход налево.
Из меня вылетает смешок.
– Поэтому она не поняла, и позвонила тебе утром?
Даня шумно выдыхает. Стискивает мои ребра.
– Мил, у меня после того, как мы поставили штамп в паспорте никого не было. Могу на что угодно поклясться. А прошлых девок я не смогу просто взять и вычеркнуть из своей жизни. Да ты и сама знаешь, что их было немало.
А вот тут он даже краснеет. Отводит взгляд.
Мне снова хочется поверить. Вычеркнуть из сознания все сомнения.
– Мил, дай мне шанс, доказать тебе, что совсем не козел, каким ты меня успела нарисовать у себя в воображении.
Хочу ли я того же, что и он?
Определенно, да! Хотя бы просто попробовать.
— Хочу тебя поцеловать, Мил. Можно?
Сглатываю вязкую слюну. Пытаюсь раскусить подвох, но не вижу ничего такого. Кудрявцев не шутит.
— Дань, я не уверена, что это хорошая идея.
Он приближает ко мне свое лицо. Я перестаю дышать. Вдруг от моего дыхания он растворится? Или я проснусь…
— Пока не попробуешь, не узнаешь наверняка, — уже у губ проговаривает.
Не нахожу в себе сил, чтобы отвернуться от него. Как заворожил своими словами. Сердце работает с перебоями. И если бы не Даня рядом, я бы уже бежала к кардиологу. Но я понимаю, что мои реакции — исключительно его заслуга.
— Дыши, Ромашка. Я не кусаюсь.
Проводит большими пальцами по моим щекам. Уверена, на них сейчас сияет яркий румянец.
Прикусываю губу, взгляд Дани тяжелеет. Никогда не замечала, что он умеет ТАК смотреть. Что аж ноги превращаются в желешку. Спина покрывается капельками пота.
— Красивая у меня жена, — усмехается Кудрявцев.
Закатываю глаза и в этот момент ощущаю на своих губах обжигающее прикосновение. Глотаю вдох. Вцепляюсь в футболку Дани, зажмуриваюсь. Это все реально!
Он. Меня. Поцеловал.
Сколько раз я представляла! Сколько раз мне это все снилось! Но реальность настолько далека от моих грез. Она острее, чувственнее, волнительнее.
Меня словно на месте подкидывает, и я взмываю в воздух. Парю, вместе с Даней. Хватаюсь за его плечи, неуверенно открываю рот. Да, он целовал в ту ночь, но…
Скорее всего, он не помнит этого даже. А сейчас все происходит наяву. По его воле.
Даня аккуратно проскальзывает языком мне в рот. Я резко втягиваю воздух. Со свистом его выдыхаю. Даже поцелуй у него другой. Не такой, как в ту ночь.
Боже, нужно просто заменить те воспоминания новыми… настоящими. Когда Даня все помнит и отдает себе отчет в том, что делает.
Мне удается полностью погрузиться в поцелуй. С головой. Меня окутывает теплом, трепетом, дрожать начинает каждая частичка тела. Даня медленно ведет губами по щеке. Прикусывает мочку. От этого меня выгибает навстречу ему. Врезаюсь грудью в его.
Он зарывается в мои волосы, углубляет поцелуй. Хотя, казалось бы, куда ещё?
— Мать его, тебя офигенно целовать, Ромашка. Мало…
Упирается лбом в мой, дышим оба тяжело, я не поднимаю на него взгляд. Щеки полыхают. Кажется, поднеси к ним кусочек льда — и они его за секунду растопят. Делаю вид, что мне очень интересно наблюдать за тем, как поднимается и опускается его грудь от дыхания.
— Мил, ты поняла меня?
Резко вскидываю взгляд. Вопросительно выгибаю бровь. Черт, кажется, я упустила что-то важное, пока плавала в эйфории.
— Что?
Кудрявцев недовольно сжимает губы. Не любит, когда его не слушают с открытым ртом и не ловят каждое слово. Но что поделать…
Я не его восторженные собачки, которые заглядывают ему в рот.
Хотя… чем я сейчас от них отличаюсь? Поплыла от ласки…
— Мил, ты согласна попробовать по-настоящему?
Облизываю губы. Они как-то умудрились высохнуть, даже после такого влажного и страстного поцелуя.
— А если у нас ничего не получится, Дань?
Мой муж усмехается. Переплетает наши пальцы, подносит мою руку к губам и целует кольцо.