Просачиваюсь в подъезд. Пока поднимаюсь на нужный этаж, складываю пазл нашего возможного разговора с Даней. Понятия не имею, куда он может свернуть.
Звоню. Слышу шаги, сердце моментально разгоняется.
Возможно, нужно было его куда-то позвать, а не встречаться на его территории?
Эта мысль пронзает стрелой. Но я не успеваю убежать, дверь распахивается, на пороге Кудрявцев. Цепляется за мое лицо колючим взглядом.
— Привет, — выдыхаю непослушными губами.
— Привет.
Нос перебит, под глазом синяк. Вспомнила, как его приложил Михей.
— Мы можем поговорить?
Равнодушно пожимает плечом. Проходит вглубь квартиры.
— Что-нибудь будешь?
Мотаю головой. Одергиваю сама себя. Спина Данила явно не видит моих жестов.
— Ничего не нужно, спасибо. Только поговорить.
Даня проходит в гостиную. Опирается бедрами об искусственный камин. Следит за каждым моим шагом. К горлу подкатывает тошнота. Мысленно успокаиваю себя.
Я знаю этого парня десять лет. Не растерзает же он меня.
— Я хочу обсудить развод. Я могла просто молча дождаться его, но это было бы подло с моей стороны.
Даня грубовато усмехается.
— А ты быстро все решила, да, Мила?
Вскидывает на меня глаза. Я тону в зелени его взгляда, но быстро беру себя в руки. Я здесь не для того, чтобы таять под воздействием этих колдовских глаз.
— Не вижу смысла тянуть. Мы все друг про друга поняли.
Данил смеется, только его смех больше похож на собачий лай.
— И что же ты поняла?
— Зря мы все это затеяли, Данил.
Он сокращает расстояние между нами. Я непроизвольно отшатываюсь.
— Хватит меня так называть. Ты меня в жизни так не называла.
Пожимаю плечами.
— Все может измениться. Давай мирно разойдемся.
Данил обхватывает меня за плечи и притягивает к груди. Перестаю дышать. Внутри буря, но я заставляю себя успокоиться.
— Скажи мне, зачем тебе развод, Мила?
Хочется вывернуться из его захвата и проорать, глядя в глаза, что я хочу, чтобы меня любили и уважали, а не вели себя со мной как козлы.
— Я хочу нормальных отношений, Дань.
Он стискивает челюсть, сжимает пальцы на моих руках. Не могу ничего с собой поделать, морщусь от боли.
— С Лобановым, ещё скажи?
И так высокомерно он это говорит, что во мне просыпается униженная девочка. Которой нужно срочно щелкнуть по носу мальчика, который её задел.
— Да даже если и с ним, тебя это уже не должно касаться, Данил. Документы я передала в ЗАГС.
— А если я не соглашусь?
Прикрываю глаза. Стараюсь дышать ровно и глубоко, чтобы не выйти из себя.
— Дань, отпусти меня. Я заслуживаю быть счастливой. С тобой мне это не светит.
К горлу подкатывают рыдания. Кажется, ещё несколько фраз и я разревусь. Прямо на глазах у Кудрявцева. А я не хочу!
Он отталкивает меня от себя.
— Да вали куда хочешь… я тебе не прощу твоего предательства, Романова.
От этих его слов на сердце рваная рана. Но я добилась своего, он меня сам выгнал. Он не созрел для семьи. Даже для отношений со мной он не созрел. Его эгоизм меня рано или поздно задушит. А я жить хочу, и в этот момент я верю, что смогу вычеркнуть его из своей памяти.
Смогу идти дальше.
— Я вещи соберу.
В ответ дергает плечом. Прохожу мимо него. Реветь хочется все сильнее. Оказывается, не так просто разорвать десять лет, которые тебя связывали с человеком.
Но для меня это будет самым лучшим вариантом.
Достаю из шкафа свои вещи, слышу, как хлопает дверь входная. Что ставит окончательную точку в нашей истории…
Эпилог
Два месяца спустя
Все это время я живу у мамы. Она постоянно спрашивает про меня и Даню, но я только отмахиваюсь, что не сошлись характерами. Вру ей, что беременности нет, анализы просто ошиблись. У меня был гормональный сбой. И тошнота на фоне приема препаратов каждое утро.