Фыркнув, коллега опускается на корточки и помогает сыну снять ботинки.
Я отворачиваюсь и, немного поразмыслив, юркаю обратно на кухню. Неловко становиться свидетельницей семейной ссоры.
Представляю, как ей неприятно.
Нужно собраться силами и поискать приличную гостиницу. Желательно поближе к работе. Для начала на несколько дней, а после подберу квартиру.
Внутри всё дрожит.
Только сейчас я до конца осознаю, что это не Асадов. В глубине раненной души, я боялась, но и надеялась, что мужу есть до меня дело...
Ноющая боль заполняет грудную клетку свинцовой тяжестью. Не так я себе этот день представляла! Не так!
Я ведь тысячу раз успела представить себе, как Саид будет рад малышу, как мы вместе отпразднуем самый счастливый момент нашей семейной жизни…
Но на деле…
Он будет рад и отпразднует, только вот не со мной…
От несправедливости мне хочется кричать и топать ногами! Я знаю, что значит расти без отца, и своему ребёнку такой участи никогда не пожелаю!
Одергиваю себя и мысленно ругаю за негативные мысли.
Пора привыкать к новой реальности. В конце концов, я не первая и не последняя.
Да, больно. Да, обидно. Но многие и в худших ситуациях оказывались.
Пока я открываю приложение для бронирования, в коридоре слышатся шаги. Вскоре на кухню входит Нина с Дениской.
Шустрый мальчишка быстренько забирается на стул и, потирая животик, просит у мамы чего-нибудь вкусненького.
— Папа тебя не кормил?
— Нет. Зато мы у бабушки кушали пельмешки и курник, но я уже проголодался опять.
Вид у Нины очень говорящий, словно она готова бывшего придушить за то, что он ребёнка морил голодом.
— Горе-папаша… — бурчит она тихо, направляясь к плите.
Свободного пространства мало, и мне приходится вжаться спиной в стену, чтобы не мешать этой маленькой, но такой милой семье.
Засматриваюсь на малыша. Бойкий, смышлёный. Нина справилась, и у меня тоже всё обязательно получится.
Главное — наличие стимула! А он у меня ого-го! Пусть и пока что с горошинку.
— Что это ты делаешь? — коллега заглядывает в мой телефон. — Какая гостиница, даже не думай!
— Я не хочу вас стеснять…
Она фыркает.
— Не говори глупости. Мы с Дениской отлично поместимся на его кровати. Правда, сынок?
— Да! — тут же отзывается мальчик. — А ты мне сказки будешь читать? А спинку погладишь?
С улыбкой наблюдаю за их идиллией и совсем некстати вспоминаю, как ещё совсем недавно наивно считала, что Марьям нас тоже не будет стеснять. Дом большой, она мне как сестра…
Какая же я наивная…
Представляю, как они за моей спиной поглумились. Создала им все условия для отличного времяпрепровождения.
Как долго Саид меня обманывал? Лгал и притворялся, что любит только меня, а сам изменял с близкой подругой?
Когда началась их связь?
До переезда Марьям к нам? А что если нет…
Вдруг она специально подстроила этот потоп, чтобы оказаться под одной крышей с любовником?
Догадка ослепляет. Господи, как же больно!
Приказываю себе не думать об этом сейчас. И без этого тошно...
Я уже собираюсь оплатить выбранный отель, когда на экране телефона загорается надпись «Мамочка».
Сердце на миг замирает, но я быстро беру себя в руки. Извинившись перед Ниной, иду в спальню и только там принимаю вызов.
— Дочь, — мама горестно вздыхает, — родная, прости. Я так растерялась, что глупостей тебе наговорила. Да таких, что сердце теперь не на месте.
Слёзы снова к глазам подступают. Как знала, что не выдержу и снова разрыдаюсь.
— Я понимаю. Ты меня предупреждала, — отзываюсь глухо.
— Да… То есть, нет. Всяко в жизни бывает, Златушка. Никогда заранее не узнаешь, какой выбор будет правильным. Нередко и пожалеть о своей решимости приходится.
Отчего-то мне кажется, что сейчас мама говорит не обо мне, а о себе.
— Ты о папе?
Слышу её шумный вздох. В телефонной трубке повисает тишина.