Я хмурюсь, вопросительно взглянув на Архипа. Складываю руки перед собой на груди.
— Ревность?.. Зависть?
Он прикрывает глаза.
— Ревность, Милиса. И зависть, — подтверждает он, крепко сжимая бутылочку с водой в руке. — Она стала наговаривать на тебя. Стала говорить, какая ты плохая хозяйка и жена. Стала ставить себя в сравнение. Задавала мне вопрос, что Герман нашёл в тебе такого, что ты так привлекла его. Видела бы ты как возмущалась Стелла, когда Герман решил жениться на тебе.
— И как давно это длится?
— Да почти сразу же после вашей с ним свадьбы, — от его слов волоски на коже шевелятся. — Думаешь, я сам не видел, к чему всё идёт. Просто закрывал глаза и не хотел верить.
— Почему ты допустил измену? Почему ничего не предпринял и не поговорил с ней? — говорю через учащённое дыхание, всматриваясь в его холодные глаза.
— Ты же знаешь Стеллу, — зло ухмыляется Архип. — Эта стервочка из любой ситуации выкрутится и сделает любого виноватым. Я давно за ней наблюдаю. Не думай, что если у меня такая внешность, то я так прост.
А я и не думаю. Малоговорящий Архип с серьёзным лицом никогда у меня не вызывал никакого интереса. А сейчас он раскрывается передо мной и я вижу совсем не добряка, как всегда, думала о нём.
Неужели злость в нём вырастила Стелла. Неужели она создала Архипа таким, какого я сейчас вижу его перед собой и содрогаюсь.
— Надеюсь, ты будешь справедливым и не будешь жестоким, — говорю ему, когда хочу уже попрощаться с ним. — Мне пора.
Забираю сумочку с диванчика. Поправляю на себе платье. Тянусь за телефоном, который лежит на краю стола.
— Подожди, — Архип накрывает мою руку своей ладонью. Я машинально убираю свою руку, успев взять со стола телефон и крепко сжать его. Смотрю на Архипа с укором и непониманием.
Его прикосновение успело обжечь кожу на моей руке и от этого хочется вскрикнуть в недовольстве и залепить ему пощёчину.
— Никогда больше не делай так, — шиплю на него и смыкаю губы. Собираю пальцы свободной руки в кулак.
— Не злись, Милиса, — ощущаю спокойствие в его голосе и содрогаюсь. — Мне кроме тебя и поговорить-то нормально не с кем. Кто бы мог подумать, — уголки его губ сползают вниз. — Одна работа была у меня на уме. Да Стелла раньше была, которая вовсе никогда не была моей. Её волновали только мои деньги.
— Печально, да? — выдаю резко.
— Не то слово, — в его голосе слышится издевательское спокойствие.
— Я всё же пойду, Архип.
— Ты можешь обращаться ко мне в любое время, Милиса, — лицо Архипа становится серьёзным, почти каменным. — Я всегда помогу тебе.
— Зачем тебе это? — решаюсь на вопрос.
— Ты единственная девушка, в которой я могу разглядеть что-то нормальное. Человеческое что ли. Не хочу, чтобы ты была в обиде на меня за мои прошлые резкие слова. Считай, что так я хочу загладить свою вину.
— Странный ты, Архип, — пожимаю плечами и убираю свой телефон в сумочку.
— Мы же продолжим с тобой общаться.
Щёки полыхают от появившегося румянца. Пересохшее горло жаждет воды. Пот пробирается сквозь кожу и от неприятного его восприятия я снова содрогаюсь.
— Не знаю, Архип. Не знаю, — мысли путаются в моей голове.
Выхожу из-за стола и хочу пойти к выходу.
— Всё же, я надеюсь, Милиса, что ты, когда-нибудь, обратишь на меня внимание.
Глава 17
От его слов меня ошпаривает кипятком.
— Доброй ночи, – произношу тихо и иду к выходу. Вместо ответа слышу за своей спиной довольную ухмылку Архипа.
Не хватало мне ещё стать участницей в расправе над Стеллой и Германом. Не хочу быть с ним в одной лодке.
Возвращаюсь домой к Зарине. Я до сих пор живу у неё и меня это напрягает. Не хочу так долго пользоваться её добротой. В конце концов, у девушки должна быть и своя личная жизнь
На следующий день, во время перерыва, захожу к Наде. Так хочется поговорить мне с ней.
— Надя, у тебя Анатолий хороший?
— В каком смысле, Милис? — округляет она на меня глаза и я вижу как её тело вытягивается от напряжения.
— Ему можно доверять? Он не предаст? Я это имела в виду, — поправляю себя, но понимаю, что у каждого понятие хороший может иметь разное представление.
— Я доверяю ему, — заметно глотает Надя. — Полностью.
— Ты счастлива с ним?