Сердце бешено колотится в груди. Стараюсь замедлить дыхание. Смотрю прямо в его карие глаза. Спокойные. Уверенные.
Прохладными пальцами тянусь во внутренний карман пиджака.
Заметно вздрагиваю, когда телефон выдаёт мелодию. Непроизвольно смотрю на экран чужого телефона и вижу, кто ему звонит.
Вероника. Вероника. Вероника.
Впивается в мой мозг, словно занозой.
Протягиваю ему телефон и крепко сжимаю зубы.
Лёгкая усмешка слетает с его губ, когда он качает головой и принимает вызов от настойчивой девушки.
— Я занят, Вероника, — произносит он холодно и сбрасывает звонок. Поворачивает голову в мою сторону и пронизывает своим взглядом меня насквозь.
Я тоже смотрю на него и почему-то не могу оторвать от его глаз своих. Не могу произносить слова. Они просто где-то застряли на выходе.
Она его девушка? Или он просто пользуется определёнными услугами у неё?
Мне зачем об этом знать?
Отодвигаюсь от него поближе к дверце. Не хочу, чтобы он хоть как-то касался меня. Смотрю сквозь стекло, кусая губы до боли.
Дальше мы едем в полнейшей тишине.
На банкете садимся согласно обозначенным для нас местам.
Я вроде бы нахожусь на празднике своей тёти, но одновременно где-то витаю в облаках. Никак не могу собраться мыслями. Никак не могу настроиться на лад атмосферы праздника.
Если бы Вероника была девушкой Демида, то он наверняка бы был сейчас здесь вместе с ней.
Злюсь на себя. Почему это должно меня волновать?
Демид больше не подходит ко мне. Он обсуждает какие-то моменты с разными людьми. Я же, просто изредка кидаю на него вопросительные взгляды, стараясь, чтобы он не заметил их.
— Поговорили с Демидом? — спрашивает меня Надя подсев ко мне на свободный рядом стоящий стул, когда все формальности мероприятия соблюдены. — Как он тебе?
— Не поговорили. Мне не о чем с ним говорить. Не нужно опять возвращаться к этому разговору, — говорю ей и не замечаю, что просто впиваюсь взглядом в Демида, который сейчас разговаривает с Анатолием.
Они оба посматривают в нашу с Надей сторону и что-то обсуждают.
— Как они хороши, — нежно протягивает Надежда, облокотившись на стол и подперев свой острый подбородок рукой.
— Согласна, — произношу тихо, сделав большое усилие, чтобы признаться в этом.
— Зря ты не хочешь пообщаться с Демидом.
— У него есть девушка. И она ему звонила, когда мы ехали в машине за вами, — отвечаю ей спокойным голосом. — Я никогда не поступлю так, как поступили со мной когда-то Стелла и Герман.
— Какая девушка? — оборачивается на меня Надя. — Мы с Анатолием не в курсе.
— Вероника. Она была на дне рождении у Анатолия, — уточняю я и почему-то ощущаю себя глупо.
— Ах, эта, — улыбается Надя, махнув рукой. — Она ни его девушка. Она просто пытается расположить Демида, а он ни в какую её не подпускает к себе. Вероника ни в его вкусе, Милиса. Слишком она проста для него и доступна. А то, что легко взять, Демиду не интересно.
— Откуда ты знаешь? Как это ты смогла понять о брате своего мужа?
— А тут и понимать нечего, Милиса. Они из той категории мужчин, которые не боятся трудностей и лёгких решений. Они привыкли чего-то добиваться в жизни. Будь то карьера или признание в своих кругах. И девушки у них должны быть такими, которых тоже нужно добиваться.
— Но, Анатолий, вроде, не сильно тебя добивался? — подмечаю я, вспомнив как начинали они встречаться.
— Так выглядело со стороны, Милиса. Он начал издалека. Притворился обычным рядовым сотрудником, чтобы быть уверенным, что я не поведусь на его деньги, когда узнаю, что он вполне себе обеспеченный человек. Он и жить ко мне переехал, чтобы квартиру свою шикарную не показывать мне. Чтобы не шокировать меня своими размахами роскошной жизни. Ему было важно, чтобы я его полюбила, а не то, что окружает его. Он сам мне потом об этом рассказывал. Хотя, я и сама могу вполне себя прекрасно обеспечивать.
— Так трудно найти таким мужчинам порядочных женщин. Им просто хочется любить и быть любимыми. А натыкаются они на обман. Девушки хотят вовсе не их, а их деньги.
Рассуждаю я, вспоминая свою подругу Стеллу.
— Все не могут быть счастливыми, Милиса. А для богатых мужчин важно, да и не для богатых тоже, чтобы их любили и понимали. Чтобы доверяли. И обязательно, чтобы любимые женщины не соревновались с ними. Многие уже забыли, как может выглядеть настоящая любящая женщина. Столько фальши кругом.
— К сожалению, от меркантильности трудно избавиться многим девушкам, — подмечаю я. — У них совершенно другие приоритеты. Другие мысли они вкладывают себе в голову с раннего возраста. Заранее выстраивают для себя красивую картинку жизни и следуют к своей цели. Пусть даже по головам идут.