—Левааааа, раздевайся. А у тебя кубики есть.
—У меня все есть, и член двадцать сантиметров.
Ариша перестает смеяться, сглатывает и что-то очень ожесточенно прикидывает в уме. Следом же переводит потерянный взгляд на меня.
—А теперь спать.
Быстро прихлопнув дверь, несусь в сторону водительской двери и сразу же сажусь за руль.
Пиздец. Мне сложно ходить, сидеть, стоять, существовать. ВСЕ.
На заднем сидении Арина пытается принять горизонтальное положение, но ее косит.
—Милая, а ну сядь на место.
Чертыхаюсь, что не додумался пристегнуть ее, а потом чуть не сношу мусорку возле клуба, потому что Ариша прямо на заднем сидении расстегивает пуговицы и пыхтит, облизывая губы.
Твою мать.
Лифчик идет следом.
Глава 11
ГЛАВА 11
РИША
Сначала я чувствую жуткое головокружение. Затем острый прилив тошноты. Следом — меня вращает по оси, и я наконец-то могу разодрать глаза. В них будто бы песка насыпали, вот почему я сразу прикрываю их. А еще потому, что белый свет сейчас для меня — битое стекло в глазах.
Очередной вертолет кружит и вращает, и я выдыхаю, пытаясь перевернуться на правый бок. Как же плохо и как же больно. Каждая клеточка пронизана ею и не дает мне ощутить обычное состояние бытия.
Мутит адски, внутри все делает очередной кульбит. Я поворачиваюсь и резко открываю глаза. Сердце ухает вниз, и кажется, что мое давление разорвет вены в куски. Нет. Нет. Нет. Начинаю отрицательно махать головой, не веря в происходящее.
Этого просто не может быть. Я судорожно начинаю себя ощупывать и прикрываю глаза, прикусывая одновременно губу. Пока на меня не моргая взирает Лев Громов.
Мы с ним в одной кровати.
Я без нижнего белья. В чужой футболке, что пахнет старшим братом моего бывшего.
И этот старший брат смотрит на меня и улыбается Чеширским котом, облизывая нижнюю губу. Все, что прикрывает его фигуру — это одеяло, но даже так я могу понять, что он…очень рад меня видеть, и он явно без трусов! Со мной в одной кровати без трусов!
Резко поднимаюсь и тут же хватаюсь за раскалывающуюся на части голову. Мне так плохо, что хуже просто не придумать. Только приняв вертикальное положение, ощущаю, что я все-таки в трусах. Прекрасно. Хотя бы я в них.
А если я в них, значит ли это, что между мной и Львом ничего не было? Какая вероятность этого у нас имеется? Она стремится к нулю, да? А хотелось бы к бесконечности.
Я переспала со Львом. Я буквально с ним переспала, да? Ужас охватывает тело. Так, стоп! никаких неприятных ощущений не чувствую. Значит, нет? Да?
Какая глупость, это ведь совсем необязательно. Столько людей теряют девственность даже без крови. Не факт, что я обязательно бы почувствовала боль. Тем более с Громовым-старшим.
О чем я вообще думаю? Это катастрофа!
Морально я уничтожена. Слезы норовят брызнуть из глаз, пока руки упорно обхватывают тело. Мое собственное…ведь я желаю прикрыться. Хотя куда уж прикрываться, если кое-кто увидел все что можно и нельзя еще вчера. Раз уж я не в своей одежде, то кто-то меня раздел, чтобы переодеть? Этот кто-то, ОЧЕВИДНО, лежит рядом!
Уши заливает бетоном, но даже сквозь него слышится рокочущее:
—Доброе утро, Любиииимая, — приговором звучит. Лев проводит рукой по моим спутавшимся волосам, и прилив тошноты становится невыносимым. Господи. Какой кошмар. Но самое страшное, что я совсем ничего не помню.
Совсем-совсем.
Холодный пот проступает на коже…
—Не трогай меня, — пищу, стараясь отодвинуться, но загребущие руки сковывают меня намертво и валят на кровать.
—С чего вдруг, малыш? Ты вчера была куда более воодушевлена, а как проявляла активность. Я тебе кричу, это было представление на миллион долларов. Мне понравилось. Да и тебе понравилось, детка, — хрипло произносит он, касаясь шершавыми губами мочки. Табун мурашек разносится по коже.
Если бы словами можно было убить, я бы уже валялась замертво.
Именно в этот момент отворяется дверь спальни, и в проеме появляется…
Господи. Это катастрофа!
Я прикрываю глаза и мечтаю раствориться в пространстве, но сейчас это, увы, невозможно.
—Ну надо же, какая картина! Прихожу домой и застаю голубков!— Сережа заходит в комнату, а дверь громко ударяется о стенку, отчего я моментально дергаюсь в руках Льва. Выбраться из них сейчас может и не лучшее решение, но меня будто бы парализует.
Прекрасно. Нас застали в самой компрометирующей ситуации из всех возможных. Технически голыми в кровати.
—Упиздовал туда, откуда пришел, — грубо бросает Лев, притянув меня к себе еще ближе. Мы настолько прижаты друг к дружке, что я чувствую упирающийся мне в поясницу член. Он точно без нижнего белья. Точно без. Нас разделяет тонкая ткань постельного...