- Это точно, - вздыхает Мартынова. - Тем более, он уже занят.
- Кем это? - непонимающе хмурюсь я, но она мне не отвечает, переглянувшись с Любкой.
И я не спрашиваю больше - уверена, мне не понравится ответ.
Из фитнес-клуба я еду на новую квартиру - у меня встреча с риелтором. Я все же решила, что не хочу оставлять ее. Не хочу оставлять себе ничего, что связывало меня с Иваном. Квартиру родители дарили не мне, а нам - чтобы мы жили в ней вместе, и я не стану жить в ней одна.
Я была так счастлива, когда выбирала ее, представляя, как мы с Иваном будем наполнять каждый ее квадратный метр жизнью. А в итоге эта жизнь закончилась, так и не начавшись.
После самой первой ночи, проведенной в ней, я больше туда не возвращалась, и сегодня еду туда, надеюсь, в последний раз.
Таксист ведет очень резко, постоянно перестраиваясь из ряда в ряд, ныряя в каждую дырку в потоке, используя любую возможность, чтобы быстрее доставить меня в пункт назначения. Такой дерзкий стиль вождения напоминает мне стиль Германа - тот тоже не церемонится на дороге и не прощает другим водителям ни малейшей заминки.
Воспоминание о нем отзывается тоской в груди - Поланский пропал с тех пор, как отвез меня от квартиры Ивана к родителям. Больше не звонил, не писал и не приезжал. Вообще.
Неужели я так сильно разочаровала его тем своим решением?..
Наверное. Другого объяснения я просто не нахожу.
Разочаровала и отвернула от себя. Он не хочет меня больше знать. Хоть и не сдал меня папе, не рассказал о моей глупости. Я поблагодарила его за это в сообщении, но его ответ был таким коротким и сухим, что я чувствую его холод даже сейчас…
Но чего я, собственно, ждала? Все же логично!
Дело, ради которого мы объединялись, завершено, Безруков побежден и изгнан, Кауровых с Поланскими ничто больше не связывает. А нам с Германом уже не нужно встречаться и разыгрывать пару - не для кого. Но я почему-то не могу перестать думать о нем…
Я как будто скучаю по нему, хоть и не хочу это признавать и признаваться. Но обманывать себя смысла нет - я однозначно чувствую к Герману что-то большее, чем мне бы хотелось, что-то особенное. Что-то... робкое.
Неужели, играя с ним в любовь, я действительно в него влюбилась?..
Эта мысль причиняет боль и рождает сопротивление в душе - не хочу снова влюбляться.
Не хочу! Не хочу! Не хочу!
Не хочу, если это не взаимно…
Еще одно резкое торможение, и таксист тормозит у подъезда.
Риелтор уже ждёт меня. Поздоровавшись, мы идем внутрь. Лифт поднимает нас на этаж, и я почти не дышу, ощущая себя так, будто стены давят на меня. Дурацкое самовнушение…
Сразу отдаю ей ключи, и риелтор сама открывает дверь.
- Да она просто в идеальном состоянии, - восхищается с профессиональной интонацией, оглядев холодную, почти стерильную обстановку.
"В идеальном… Жаль только, что это про квартиру, а не про меня".
- В ней не жили, - коротко поясняю я.
- Вы уверены, что хотите её продавать? - спрашивает дежурно.
Но я тверда в своем решении:
- Абсолютно.
Мы обсуждаем все детали, и я покидаю квартиру, подъезд и дом, не оглядываясь. Я не буду жалеть - в ней у меня не было хороших воспоминаний. Только плохие…
Выйдя на проспект, останавливаюсь у края тротуара, выбирая: прогуляться или вызвать такси?
Домой ехать не хочется. Хочется чего-то... Но чего именно, додумать я себе не позволяю, боясь, что меня снова занесет не туда. Зачем зря себя накручивать?
Пытаясь переключиться, сразу думаю про Олеську - она всегда "за" любой кипиш, и у нее куча идей. Я открываю контакты, быстро пролистываю вниз, но палец вдруг застывает на имени Германа.
Дрогнув, я случайно нажимаю на него. Номер начинает набираться, и я судорожно жму на "отбой", молясь, чтобы вызов не прошел.
Злясь на себя, сую телефон в сумку и разворачиваюсь, чтобы уйти, но рядом останавливается машина. Поднимаю глаза - Герман…
Стекло опущено, и я сразу встречаюсь глазами с ним и его извечной ухмылкой.
- Кажется, ты звонила?
- Я… случайно, - бурчу, чувствуя, как лицо мгновенно заливает краска.
Его ухмылка становится шире, и я вижу, как глаза искрятся то ли радостью, то ли весельем.
- А ты опять следишь за мной? - нападаю, чтобы скрыть свое смущение.
Улыбается:
- Опять присматриваю, - выходит из машины и, обойдя капот, открывает передо мной дверь.
Я машинально отступаю на шаг назад.
- Зачем? Тебе больше не нужно разыгрывать, что мы пара, - бросаю я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.