«Нам нужно поговорить. Хватит игр, давай всё решим нормально».
Смотрю на экран и чувствую, как внутри поднимается холодная, почти ледяная злость. Что ему от меня нужно? Теперь у меня стойкое ощущение, что он меня никогда не любил, а лишь пользовался.
Пока что уверена в одном: в ближайшее время я не вернусь домой, потому что не могу доверять Льву ни в чём.
В эту ночь сплю очень плохо, мне снится Привалов, который хватает за руки, бросает на пол, потом отчего-то появляются отец и Кира.
Утро приходит резко, будто меня выдёргивают из липкого, тяжёлого сна. Сердце колотится, ладони влажные. Несколько секунд не понимаю, где я, потом взгляд цепляется за бежевые стены гостиничного номера, и всё возвращается.
Привалов. Артём. Отец. Кира. Слишком много всего сразу.
Провожу ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть остатки сна, и тянусь к телефону - пусто. Ни от Стаса, ни от матери, ни от Льва. Даже странно, затишье перед чем-то, или просто у всех появились дела важнее меня?
Сажусь на кровати, поджимаю под себя ноги и какое-то время просто смотрю в окно.
Потом беру телефон и открываю диалог с Григорием. Пальцы на секунду зависают над экраном.
«Привет. Готова обсудить проект».
Отправляю.
Ответ прилетает почти сразу.
«Доброе утро. Уже?»
Невольно усмехаюсь.
«Да».
Пауза.
«Тогда давай не по телефону. Пообедаем?»
«Только не там, где вчера».
«Согласен. На час в Аделаиде».
«Хорошо».
Снова оплачиваю номер, но надо что-то думать с проживанием, вечно я тут торчать не смогу. Нужно выгнать лису из нашей избушки, построенной на деньги моего отца. Да, пусть Привалов вкладывал силы, но основу ему дал именно бизнес Епифановых. Надеюсь, адвокат, которого дала Алёна, хорош, потому что ему придётся бодаться со Львом, а он та ещё акула.
Добираюсь до места в назначенный срок. Тут спокойно и уютно. Панорамные окна, много воздуха, тихая музыка. Никто не орёт, не дерётся, не выясняет отношения и, надеюсь, не появится с телефоном, чтобы нарушать моё личное пространство.
Валерия Анхелевна ничего не писала, наверное, нужно больше времени, пока не буду надоедать, времени прошло мало, а вот нервов потрачено уже много.
Григорий уже за столом. Поднимается, как только подхожу, целует в обе щёки, как старую знакомую, а я сразу добываю из сумки блокнот и ручку.
Разворачиваю лист, на котором уже есть наброски.
- Это не будет классическая реклама с девушкой на капоте, - начинаю, проводя линию.
- Так, стоп, - кладёт ладонь поверх бумаги. – Сперва еда, потом работа. Что ты будешь?
Глава 24
Выбираю борщ, салат и чай с блинчиками. Немного обсуждаем вчерашнее, а потом Григорий рассказывает о своих путешествиях. Оказывается, он посетил больше пятидесяти стран, и это невероятно интересно и увлекательно.
- Но самая странная история случилась со мной в Исландии, - говорит он, откидываясь на спинку стула и делая глоток кофе.
- Звучит многообещающе, - улыбаюсь, подперев подбородок рукой. Даже забыла, что мы тут не просто для общения.
- Я туда поехал зимой. Сама понимаешь - снег, ветер, пустота. Красиво, но ощущение, будто ты на другой планете. Взял машину и решил прокатиться подальше от города. Хотел увидеть северное сияние не с экскурсионной толпой, а один.
- Романтик, - тихо замечаю.
- Скорее упрямый идиот, - усмехается он. - Потому что через пару часов началась метель. Такая, что дорогу не видно вообще.
- И что ты сделал?
- Сначала - как нормальный человек - запаниковал, - честно отвечает он. - Потом понял: если буду метаться, то просто слечу с дороги. Остановился, заглушил двигатель. Сижу. Тишина. Только ветер машину качает.
- Жуть…
- Самое интересное дальше, - чуть склоняет голову. - В какой-то момент сквозь снег вижу свет. Думаю: всё, галлюцинации пошли. Но нет - реально свет. Подъезжает какая-то старая машина, чуть ли не разваливается на ходу.
- Спасение?
- Типа того. Из неё выходит мужик лет шестидесяти. Вязаная шапка, борода, как у викинга, и спокойный такой, будто каждый день людей из метели вытаскивает.
- Может, так и есть, - пожимаю плечами.
- Может, - соглашается он. - Подходит ко мне, стучит в окно. Я открываю, а он говорит: «Ты либо сейчас едешь за мной, либо остаёшься здесь до утра. И не факт, что проснёшься».
- Очень обнадёживающе, - хмыкаю.
- Зато честно, - усмехается Григорий. - Я, конечно, поехал за ним. Еле вижу его задние фары, держусь на расстоянии. Минут двадцать едем, и вдруг он сворачивает куда-то в сторону, вообще с дороги.
- И ты за ним?!
- А у меня выбор был? - поднимает бровь. - Либо за странным мужиком в никуда, либо одному в метели.