Иван вскочил из-за стола, схватил Ольгу за плечи, сжал.
Он впервые был настолько близок к тому, чтобы ударить женщину.
– Ну! Бей же, ну! – едва ли в глаза не бросилась она. На щеках играл лихорадочный румянец, губы растянулись в улыбке, а выражение лица говорило, что все происходящее приносило ей искреннее удовольствие.
«Ольку жесть, что ли, заводит? – подумал Иван, нахмурившись. – Всякие там пятьдесят оттенков того самого?»
– Бей! – выдохнула она ему в губы.
Давыдов скривился, отпустил бывшую и отпрянул. К его горлу опять подступила тошнота.
– Все эти извращенные игры без меня.
– Я ведь любого тебя приму! Любого! – распалилась девушка. – А она? Опять откажется, как только более выгодный вариант перед носом замаячит?
Он поджал губы, громко выдохнул, чтобы успокоиться. Помогло мало.
– Мы ходим по кругу. Ты меня не слышишь.
– Ты хоть ее послужной список проверил? – блеснула глазами Ольга. – За эти годы он должен был хорошенько разрастись! Небось, не сдерживала себя в удовольствии поиметь миллионеров и…
Иван подхватил со стола папку, что оставила для него Славная.
– Ты читала? – его голос превратился в шелест. Каждый, кто хоть немного знал Давыдова, понял бы: он на грани ярости.
– А что это? – опять захлопала ресницами Олька, неосознанно отступая к двери.
– Ты читала? – повторил Иван вопрос.
– Нет, – пожала плечами его почти бывшая жена. – Зачем мне? Я в твоих делах все равно ничего не понимаю. А что там?
Давыдов видел: нагло врет, и это бесило его еще больше.
– Не смей совать нос в мою жизнь! – сорвался на крик мужчина.
Ольга вздрогнула, но не отступилась.
– Это наша общая жизнь!
– Черта с два!
Девушка поджала губы, а потом зло выпалила:
– Развода не будет.
– Это дело решенное, – возразил Давыдов.
Одно время Иван честно выполнял условия контракта с немцами, потом строил бизнес, где наличие жены за спиной являлось дополнительным показателем надежности, а дальше… Дальше просто привык.
Пусть карьера боксера теперь была позади, но бренд Чемпиона все еще работал на Давыдова, приносил прибыль. За ним закрепилась определенная репутация, терять которую совсем не хотелось. Поэтому развод должен был пройти тихо, на взаимовыгодных условиях, Иван даже оказался согласен заплатить Ольге за молчание. Уж слишком многое та знала. Проблема нарисовалась в том, что бывшая никак не могла назначить себе цену, меняла условия и оттягивала бракоразводный процесс.
– Тебе же нужен тихий развод, правда, милый? Чтобы в прессу не просочилась настоящая информация о твоем прошлом, да? – подбоченилась она. – Это Малконский давал клятву о неразглашении.
– Клятву дают на крови, Ольга, – прищурился мужчина. – Малконский подписал контракт.
Немцы до сих пор на бренде Чемпиона зарабатывали, а если бы бывший тренер открыл рот – эти педанты до мозга костей затаскали бы его по судам.
– Я же быстро найду, куда слить все дерьмо о настоящем Давыдове, а не ту сказочку о непобедимом Чемпионе. Хочешь?
На несколько мгновений в кабинете повисло напряженное молчание. Лишь тиканье часов было слышно.
– Не боишься идти со мной на открытую конфронтацию? – прищурился Иван. – Я же могу и ответный удар нанести.
– А мне терять нечего! – выдала Ольга, играя с ним в гляделки. – Я никогда тебя не отпущу, Ваня. Так и знай!
На эти слова Давыдов лишь головой покачал. Ему срочно нужен был план «б». Похоже, тихо разбежаться не получится, а пока…
– Повторюсь: чего ты хочешь, Ольга? Зачем прилетела?
– Отзови своих адвокатов, отмени развод и оплати мне съемки в мелодраме от Роба Бутча, – потребовала жена, что никак не хотела становиться бывшей. – Мне обещали главную роль, только спонсора фильму никак не найдут. Возьми это на себя, Давыдов.
«Вот вам большая и светлая любовь. В спонсоры она его записала!» – Иван расхохотался в тон своим мыслям.
– Что не сделаешь для любимой жены, правда же? – улыбнулась она.
– Уйди, Ольга. – Давыдов пронзил ее взглядом из-под бровей.
– Ванечка…
– Вон. Пошла. Быстро.
– Я понимаю, тебе нужно подумать, – мгновенно переключилась на ласковую кошечку она. – Ты подумай, Ванечка, только недолго. Журналисты любят сенсации. А я не люблю, когда меня за нос водят. А о Машке забудь. Не про тебя князевская кровь и спиногр…
– Вон! – вызверился он.
– Подумай, Ванечка! И помни, я люблю тебя! Только я тебя по-настоящему люблю! – это признание она уже прокричала на ходу, быстро ретировавшись за дверь.
Ольга ушла, оставив за собой шлейф приторных духов в воздухе и привкус горечи во рту Давыдова.