Со стены послышался издевательский смех.
— Пусть ваши женщины раздеваются догола, — крикнул ему в ответ кто-то со стены, — и подходят к воротам одна за другой, демонстрируя себя для нашей оценки.
— Возможно, некоторые из них нам понравятся, — поддержал его другой голос.
— А остальным мы просто глотки перережем! — заржал третий.
Высокий мужчина в шлеме, по-прежнему не выражал никаких эмоций. Он просто стоял, и невозмутимо смотрел вперед, как будто находился в театре, и наблюдал представление на сцене ниже его. За его плечами поднимались клубы дыма от бушевавшего где-то в цитадели пожара.
— Амилиан согласен сдаться в ваши руки! — крикнул офицер.
Сам Амилиан в этот момент лежал на носилках, закрыв глаза и не в силах даже пошевелиться.
— Сообщите ваши условия капитуляции! — закричал офицер. — Мы капитулируем!
Человек в шлеме поднял руку.
— Нет! — крикнул офицер под стеной.
Он отступил назад, рука, державшая белую тряпку безвольно опустилась.
— Нет! — испуганно заверещал он.
По знаку командующего двое из арбалетчиков, стоявших рядом с ним на стене, уложили болты на направляющие и вскинули арбалеты.
— Нет! — крикнул офицер, отступая еще на шаг.
Я видел, как два болта сорвались с направляющих, словно две стальные хищные птицы. Звон тетив донесся даже до нас.
— Стена щитов! — закричал я. — Все со щитами сюда! Формируем стену!
Мужчины со щитами поспешили с тому месту, где стоял я, поднимая щиты и составляя их краями внахлест, на манер рыбьей чешуи.
Я метался среди них, иногда буквально вталкивая щиты в правильное положение. Болты свистели вокруг меня, со стуком вонзаясь в щиты. В какой-то момент, я краем глаза увидел того офицера, который выходил к стене, и пытался договориться с косианцами. Он повернулся к нам лицом. На его лице застыло выражение обиды и недоверия. Он поднял руку к груди, из которой торчало оперение двух болтов, и завалился на спину.
— Назад! — закричал я на визжащих женщин и детей, — Держитесь как можно ближе к стене! Прижмитесь к ней! Назад! Назад!
Но многие, не слушая, ни меня, ни голоса разума, все равно бежали к нам. Я увидел, как со стены слетело тело, с торчащим из его груди болтом, у которого не было даже оперения. Практически это был всего лишь заостренный железный прут. Я видел молодого парня, который изо всех сил старался удержать людей ниже на площади между водой и стеной, сбивая их в кучу, как верров перед забоем.
— Берите командующего, прикрывайте его щитами, — приказал я, присев позади стены щитов. — Несите его к пирсам.
— Я останусь здесь, — прохрипел Амилиан.
— Вы будете командовать, — сказал я, — из-за тыловых линий.
— Я останусь здесь! — повторил он.
Я махнул рукой носильщикам, и те подняли два копья, просунутые сквозь сеть. Амилиан с трудом протянул мне свою руку, и я пожал ее. Мужчины с носилками, пригибаясь и стараясь не высовываться из-под щитов, которые держали четверо их товарищей, поспешили к мосткам.
Женщинам и детям, находившимся вплотную к стене, болты, летевшие оттуда, непосредственной опасности не представляли. Чтобы попасть в них, стрелкам надо было бы свешиваться со стены и бить вниз. Я быстро окинул взглядом гребень стены. Командующего там больше не было видно. Тогда, несколько сократив стену щитов, я послал часть людей, отдельно и группами, переправлять женщин и детей, под прикрытием щитов, к мосткам. Как только щитоносцы выводили своих подопечных из зоны обстрела, они сразу же торопились назад, за следующей партией, чтобы вывести их во временно безопасное место. Наши действия были встречены гневными криками со стены.
Я заметил своего знакомого юного арбалетчика, который под покрытием щита, удерживаемого его другом, таким же юнцом уже прошедшим огонь и воду, собиравшего болты. Это были прекрасные снаряды, отлично выделанные опытными кузнецами, а не заостренные пруты, или тупые палки. Набрав пучок, паренек распределял их среди стрелков, собравшихся позади стены щитов, не забывая, кстати, оставить несколько для себя. Он был юн, но его выстрелу были ужасающе точны. Его научила этому стена, на которой он отбивал не одну сотню штурмов.
Я с опаской посмотрел на ворота. Те самые, которыми заканчивался коридор, по которому мы вышли на пристань. Сейчас их охраняли несколько человек. Естественно, они открылись вовнутрь, в сторону цитадели. В нашем распоряжении не было ни времени, ни материалов, чтобы каким-либо способом заблокировать их с нашей стороны.
Теперь некоторые из стоявших на стене, начали сбрасывать камни и кирпичи на тех, кто стоял ниже. Но вот один из тех, кто делал это, внезапно, дернулся, вцепившись руками болт, выросший из его глаза. Снаряд вошел снизу вверх, проткнул голову, и был остановлен его шлемом. А юный арбалетчик уже установил в свое оружие следующий болт.