— Хотелось бы мне успеть добраться до пирсов, чтобы попрощаться с моей спутницей, — вздохнул один из оставшихся, и с грустью добавил: — если, конечно, она еще жива.
— Как по-твоему, сколько мы еще сможем продержаться? — спросил его другой.
— До пятнадцатого ан, пожалуй, — мрачно ответил тот.
— Хорошо, — кивнул первый.
— Чего хорошего-то? — удивился другой.
— Не хотелось бы пропустить ужин, — усмехнулся первый.
— Точно так же, как Ты не хотел мочить ноги? — спросил его мрачный товарищ.
— Только не я, — ответил он.
Немного позже подошла другая лодка и эти двое, оставив нас втроем, направились к причалам.
— Честно говоря, больше всего я чувствую себя виноватым перед женщинами и дети, — сказал мужчина сидевший около меня, оглядываясь в сторону пирсов, переполненных гражданскими. По моим прикидкам, там собралось где-то около полутора тысяч женщин и детей. Здоровых мужчин к настоящему времени, вероятно, осталось не больше чем двести, максимум триста. Вскоре прибыла еще одна лодка.
— Нет, — отказался я, от молчаливого предложения одного из оставшихся бойцов, кивнувшего мне на лодку. — Вы первые.
И двое последних моих товарищей осторожно спустились в лодку. Я остался в одиночестве, в начале разрушенного перехода с пристани на причалы. Позади меня дымились развалины мостков, а впереди…. Я вздохнул, встал и снова поднял щит, в который уже раз за этот день.
Со стороны цитадели ко мне приближалась одинокая фигура, без щита, но в шлеме. Меч офицера оставался в ножнах. Далеко же ему пришлось прогуляться ради того, чтобы просто посмотреть на меня. Он остановился в нескольких ярдах, и молча уставился на меня. Было необычно тихо для сегодняшнего дня. Я вдруг услышал, как внизу пол настилом мостков плещется вода, обтекая сваи, как кричат чайки над Воском. Если бы не клубы черного дыма все еще поднимающиеся над цитаделью, можно было бы подумать, что и нет никакой войны.
— Не подходи ближе, — предупредил я его, заметив, что офицер качнулся вперед, чтобы сделать еще один шаг.
— Сегодня удача оказалась на стороне Коса, — сказал он.
— Верно, — вынужден был признать я.
— Остался только завершающий штрих — резня на пирсах, — заметил косианец и, не дождавшись моего ответа, продолжил: — Так что, все что вы делали здесь, было напрасной тратой времени и сил.
Я не ответил ему. Что бы он ни говорил, но то, что мы сделали здесь, уже вписано в летопись современности. Смысл истории в том, что она представляет своеобразный ландшафт, со своими горами и вершинами, впадинами и глубинами. Она не является прологом к последнему акту спектакля, после которого больше ничего не произойдет.
— Мы предполагаем, что Вы не из Форпоста Ара, — сказал офицер.
Я только пожал плечами. Он больше не делал попыток приблизиться и меня это устраивало.
— Кое-кто думает, что Вы — наемник, — сообщил он. — Кос заинтересован в таких как Вы. Я пришел от имени Аристимина, командующего войсками Коса на севере. Он доволен вашей работой, хотя она и дорого ему стоила. Со мной кошель с золотом. Продайте свой меч Косу и он ваш.
Офицер положил на доски настила кожаный кошелек, затянутый и завязанный шнурками, а затем отошел на несколько шагов назад.
— Видите? — спросил он. — Мы не собираемся рубить вашу шею, когда Вы наклонитесь, чтобы взять плату.
— Сегодня я плату не беру, — спокойно ответил я.
— Получается, что Вы гражданин Форпоста Ара, или может быть даже самого Ара? — удивился косианец.
— Нет, — не стал обманывать его я.
— Вместе с золотом, Вы получаете командование и женщин, рабынь выдрессированных для того, чтобы ублажать мужчин всеми способами, как интимными, так и простой службой в палатке.
— Щедрость Аристимина не знает границ, — заметил я.
— Итак, ваш ответ? — спросил посыльный.
— Сегодня я плату не беру, — повторил я.
— А что насчет женщин? — осведомился.
— Их я могу взять сам, сколько хочу, и когда захочу, — ответил я.
Пожав плечами, мужчина вернулся на прежнее место, наклонился и поднял кошель с золотом. Он даже не следил за мной, когда делал это, отдавая дань моей чести.
— Значит, Вы не наемник? — уточнил он.
— Я этого и не говорил, — напомнил я.
— В таком случае выберите присягу Косу, — предложил офицер.
— Не сегодня, — усмехнулся я.
— Пожалуй, как раз сегодня, на мой взгляд, — сказал он, бросив демонстративный взгляд на пирсы, — самый удачный день, чтобы присягнуть Косу.
— Почему не прибыла подмога в Форпост Ара? — поинтересовался я.