— Ясно ли Ты понимаешь, — спросил он, — что теперь предполагается сделать с тобой?
— Да, — испуганно ответила женщина.
— Я намериваюсь, приговорить тебя к рабству, — предупредил командующий. — Ты понимаешь то, что это означает?
— Думаю да, — сказала Леди Клодия, — любая свободная женщина может понять, что это означает.
— У тебя есть что сказать, прежде чем я вынесу тебе такой приговор?
— Нет, — выдохнула она.
— Я приговариваю тебя к рабству, — произнес Амилиан окончательный приговор.
Приговоренная задрожала.
— Теперь остается только, привести приговор в исполнение, — сказал командующий. — Если Ты желаешь, чтобы я исполнил его лично в зале суда, то я сделаю это. Но, с другой стороны, Ты можешь привести такой приговор в исполнение и самостоятельно.
— Я? — удивленно, переспросила женщина.
— Конечно, — кивнул он.
— Вы хотите, чтобы я сама объявила себя рабыней? — спросила Клодия.
— Или это сделаю я, — пожал он плечам. — В конце концов это не имеет никакого значения.
— В сердце, — вздохнула женщина, — в течение многих лет, я сама знала, что была рабыней. Значит, мне будет подобающе, как мне кажется, если именно я произнесу эти слова.
Амилиан пристально посмотрел на нее.
— Я — рабыня, — набрав побольше воздуха в грудь, произнесла бывшая Леди Клодия.
Мужчины выкрикнули, с удовольствием приветствуя ее слова, и ударили себя по левым плечам в гореанских аплодисментах, оценивающе глядя на новообращенную рабыню, стоящую на коленях перед Амилианом и испуганно озирающуюся вокруг себя.
— Тащите сюда и другую рабыню тоже, — велел Амилиан, указывая в сторону прежней Леди Публии.
Через мгновение обе рабыни, голые, закованные в сирики, стояли перед ним. Мужчины довольно грубо, пинками, подправили позы рабынь, чтобы они стояли на коленях как полагается по их статусу, выпрямив спины, сидя на пятках и расставив колени в стороны.
— Каллидор, друг мой, — позвал Амилиан, — посмотри-ка на этих двух рабынь.
— Да я уже давно смотрю, — усмехнулся капитан.
— Ты доволен их видом? — полюбопытствовал командующий.
— Вполне, — кивнул Каллидор. — Для меня очевидно, что обе родились для ошейника.
— Вот эту, — указал Амилиан на прежнюю Леди Публию, — мы будем звать Публией, по крайней мере, в течение некоторого времени.
— Кто Ты? — спросил Каллидор, обращаясь к Публии.
— Публия! — отозвалась та.
— А эта, — продолжил Амилиан, тыкая пальцем в бывшую Леди Клодию, — пусть на первое время будет Клодией.
— Твое имя? — поинтересовался Каллидор у прежней Леди Клодии.
— Клодия! — быстро ответила женщина.
— Хочу попросить, если это тебя не слишком затруднит, дружище, — сказал Амилиан повернувшись к Каллидору, — взять обеих рабынь в Порт-Кос и там должным образом заклеймить и заковать в ошейники.
Я улыбнулся. У меня не было никаких сомнений относительно будущего статуса Публии, как впрочем, и Клодии тоже. Уверен, что обе будут превосходно выглядеть в одеждах рабынь, если, конечно, им разрешат одеваться вообще.
— А затем, — продолжил Амилиан, — если Ты не против, раз уж одна из этих женщин была готова сдаться косианцам, а другая продала им свой город, проследить, чтобы они оказались в собственности косианцев.
— Это будет несложно устроить, — заверил его Каллидор. — У нас в Порт-Косе много косианцев, посланников, торговцев и прочих.
Женщины украдкой обменялись взглядами. Их судьбы отныне решались мужчинами, и лично я не считал, что это несправедливо.
— У вас на борту найдутся условия для содержания рабынь? — поинтересовался командующий.
— В трюме, — ответил Каллидор, — есть несколько рабских клеток.
— Превосходно, — кивнул Амилиан, и повернувшись к рабыням насмешливо бросил: — Дамы, вы можете исполнить почтение перед владельцами.
Обе невольницы согнулись в поклоне, положив ладони рук на палубу и дотронувшись лбами досок.
Амилиан легонько кивнул Каллидору, намекая на то, что у него, по крайней мере, в данный момент больше нет никакого интереса к этим двум женщинам.
— Уведи их в трюм, — приказал Каллидор одному из своих матросов. — В клетки их.
Парень, встав между этими двумя рабынями, схватил их за руки, Клодию за правую, а Публию левую, и, вздернув обеих на ноги, повернул и подталкивая впереди себя, не отпуская их рук, повел женщин к открытому люку ведущему на нижнюю палубу.