Я снова втолкнул голову Леди Темионы, и ей ничего не оставалось, как набирать в рот вязкую массу. Наконец, я поставил миску на пол перед ней и, уложив женщину на живот, так чтобы ее лицо нависало прямо над кашей, поставил ногу ей на спину, не давая подняться. Наказание продолжалось.
— Ешь, — скомандовал я.
Леди Темиона уткнулась лицом в миску и принялась лакать ту субстанцию, что принесла для меня. Стоило мне убрать ногу с ее спины, как она оторвалась от каши и, подняв на меня глаза, взмолилась:
— Пожалуйста!
— Ешь, — приказал я, и слегка ткнул ее боковой поверхностью стопы.
Леди Темиона снова уделила внимание содержимому миски, а я устроился за низким столом, скрестил ноги и вернулся к своей собственной трапезе. Женщина еще раз украдкой взглянула на меня, сквозь серую массу каши толстым слоем покрывавшую ее лицо сверкнули ее испуганные глаза. Она больше не решилась противоречить, и принялась очищать свою миску.
— У меня во рту все горит! — наконец, не выдержав, взмолилась она. — Воды! Я прошу вас!
— Жри давай, — рявкнул я, и она испугано вздрогнув, снова спрятала лицо в миске.
Вскоре, я закончил со своей порцией, и полюбовался на то, как идут дела у моей подопечной. Она не заставила себя долго ждать и, доев остатки каши, лежа на животе, повернула голова и жалобно посмотрела на меня.
— Вы — монстр, — всхлипнула женщина.
— Вылижи миску, — приказал я, не собираясь спускать ни малейшей провинности.
Леди Темиона с жалким видом выполнила мой приказ.
— Немного каши расплескалось, — заметил я. — Похоже, она перелилась через края тарелки, когда Ты нырнула туда лицом. Это бывает, когда человек ест слишком жадно и слишком нетерпеливо. Вообще-то от женщины ожидают, что она будет есть куда более изящно и аккуратно. Впрочем, Ты же свободная женщина, а значит, можешь есть так, как пожелаешь. Однако подобные привычки могут вызвать отвращение даже у тарска. Если бы так поела рабыня, то она, скорее всего, уже через ен визжала бы под плетью.
Леди Темиона испуганно уставилась на меня.
— Ну что Ты замерла? — спросил я. — Ты же видишь кашу вокруг миски. Не дай ей зря пропасть.
Женщина с несчастным стоном уткнулась лицом в пол. Я обратил внимание, какой у нее был маленький и ловкий язык. После соответствующего обучения, такому языку цены не будет на мужском теле.
— Ты закончила? — поинтересовался я у нее, через некоторое время.
— Да, — хрипло прошептала она, поднимая на меня глаза.
— Радуйся, что Ты — свободная женщина, а не рабыня, — сказал я. — Будь Ты рабыней, и за то, что Ты сделала ранее, тебя бы уже убили.
Леди Темиона промолчала.
— Ты меня поняла? — осведомился я.
— Да, — прохрипела она.
— Ползи ко мне на животе, — скомандовал я, и женщина отчаянно извиваясь, с трудом, так как ее руки по-прежнему оставались за спиной, приблизилась к моему столу.
Я перекатил ее на бок и помог ей просунуть ноги сквозь цепь наручников. Теперь руки Леди Темионы снова были спереди.
— Чек принесешь мне в зубах, — потребовал я и, заметив ее сердитый взгляд, уточнил: — Ты меня поняла?
— Да, — кивнула она.
— Насколько я понимаю, чек следует отнести на стол администратора и там либо оплатить сразу, либо внести в счет, — предположил я.
По выходе из зала паги, невозможно было миновать стол администратора. Уверен, это было сделано отнюдь не случайно. Например, это позволяло сэкономить на одном работнике, что было немаловажно, учитывая прижимистость владельца этого постоялого двора. Кроме того, в этом случае, постоялец не должен был передавать монеты задолжавшим шлюхам или рабыням. Я вполне обоснованно полагал, что в этом заведении им не разрешается даже прикасаться к монетам. Они были абсолютно безденежными.
— Да, — кивнула Леди Темиона.
— Ты хотела бы что-то сказать? — поинтересовался я.
— Я ненавижу Вас! Ненавижу! — заявила она.
— В таком случае, после исполнения почтения можешь уйти, — сообщил я.
Женщина торопливо согнулась до пола и, встав на ноги, двигаясь осторожными семенящими шажками, как она могла быстро ретировалась на кухню.
У меня еще оставалось немного хлеба на доске и паги на несколько глотков. Можно было посидеть, посмаковать и отправляться на свое место 97, находившееся где-то в южном крыле, на третьем этаже. На столе администратора вместе с одеялами меня ожидала соответствующая острака. Я задумался над вопросом, который уже давно встал передо мной в полный рост. Мне необходимо было пробраться в Форпост Ара и передать сообщение от Гнея Лелиуса, регента Ара, командовавшему в крепости Амилиану. Если переодеться в воина Ара то, как пройти мимо косианцев? А если представиться косианцем, то возникает значительная трудность в приближении к защитникам Форпоста. Тем не менее, делать что-то было надо, и как можно скорее. Похоже, сражение за город приближалось к своей кульминации.