— Чек принеси, — бросил я ей, — и не забудь как именно.
Ткнув пальцем в сторону кухни, я намекнул, что ей следует продолжать ползти куда велено. Так и не дождавшись от меня сочувствия, заливаясь слезами, женщина медленно, поскольку быстро двигаться не позволяли короткие цепи, поползла прочь из зала. Леди Темиона еще не успела добраться до кухонной двери, как оттуда, стремительно, но грациозно, выскочила другая женщина, одетая лишь в прозрачную шелковую ленту на бедрах. Шею этой девушки плотно обхватывал стальной ошейник. Но как она двигалась! Какой красивой она была! Вот что неволя может сделать с женщиной!
Рабыня поспешила к буяну и упала перед ним на живот, чем немедленно успокоила его. Я вдруг заметил, что мои руки непроизвольно вцепились в столешницу, а ногти оставили в лаке ее покрывавшем глубокие царапины. Я бы не удивился, если бы узнал, что это была одна из любимиц хозяина этого заведения. Вполне, возможно, что она была привилегированной рабыней, посланной им клиенту прямо из его собственных мехов.
От волнения я разом выпил всю пагу остававшуюся на дне моего канфара.
Как раз в этот момент из кухни появилась Леди Темиона, на четвереньках, как я и приказал. Из ее рта на шнурке свисала маленькая, состоящая из двух половин скрепленных петлями, деревянная вощеная табличка, которая должна была содержать счет. Такие, или им подобные таблички, иногда имеющие несколько «страниц», часто используются на Горе для черновиков, временных заметок, записи высказываний, детских уроков и тому подобного. На их покрытых воском поверхностях пишут стилусом. Небольшие, открывающиеся как плоские земные книги, а не как гореанские свитки, они могут быть заперты на крошечный замок или завязаны шнурком.
Раздался негромкий стук, когда маленькая деревянная табличка, коснулась пола. Это Леди Темиона склонила голову в знаке почтения около моего стола. Затем, она снова встала на четвереньки и, приблизившись ко мне, положила табличку на стол.
Я украдкой мазнул взглядом в сторону вновь прибывшего. Он уже подтянул рабыню к себе и нетерпеливо раскладывал ее на столе.
— Отвратительно, — скривилась Леди Темиона.
— Очень привлекательная рабыня, — прокомментировал я, глядя, как девушка, задыхаясь от страсти, цеплялась за стол.
Воин не проявлял к ней ни малейшей нежности. В конце концов, она была всего лишь рабыней.
— Отвратительно, — возмущенно повторила Леди Темиона.
— Выглядит он конечно не очень, и ведет себя хамовато, но обращается он с женщиной грамотно, — признал я.
Невольница в его руках уже задыхалась от возбуждения и издавала нечленораздельные звуки.
— Вам виднее, а я в этом совершенно не разбираюсь, — заявила женщина, едким тоном, при этом, насколько я видел, она не отрывала глаз от используемой рабыни.
— А Ты сама, разве не хотела бы подвергнуться такому использованию? — полюбопытствовал я.
— Нет! — отчаянно замотала она головой. — Нет! Нет!
Однако я не мог не почувствовать, внезапной, напряженной, почти истеричной страсти в ее словесном отрицании истины и потребностей, скрытых в глубинах ее существа, о которых сама она должна была слишком хорошо знать, и все же по тем или иным причинам с почти трагической отчаянностью пытаться отрицать и скрывать их, возможно, главным образом от себя самой. Почему-то я был уверен, что окажись она на том столе, и она смогла бы обслужить клиента ничуть не хуже. Я не забыл, что она сама выбрала полную опасностей жизнь, основанную на обмане мужчин. Конечно, она, должна была понимать, какие риски были вовлечены в добычу средств к существованию подобным способом. В конце концов, далеко ее все мужчины — дураки. И не могло ли быть так, что отправляясь в это путешествие, она в действительности неосознанно искала мужчину, или мужчин, которые были бы, способны просто взять ее в свои руки и дать ей то, что она заслужила, чего втайне жаждала, в чем отчаянно нуждалась — ее полное подчинение?
Поднял маленькую закрытую табличку со стола, я открыл ее и проверил сумму. Все было правильно, за хлеб и пагу — два медных тарска, Остальная еда — еще три монеты.
Снова окинув взглядом Леди Темиону, вынужден был признать, что у нее красивое лицо. Темно-рыжие волосы притягивали взгляд. Замечательная талия, неплохой животик и прекрасные груди. Безусловно, она нуждалась в диете, упражнениях и дисциплине. Такие вещи, помимо улучшения внешности, обязательно значительно увеличили бы и ее сексуальные потребности. Да, она была красива. Что и говорить, многие из женщин Коса красивы. В Порт-Каре мы не раз использовали их для своих удовольствий. И она уже была возбуждена до той степени, до которой вообще могла быть возбуждена свободная женщина, наблюдающая, как берут рабыню. Безусловно, той девушке никто не собирался предоставлять какого-либо выбора, ее просто бросили животом на стол. Но и у Леди Темионы, после того, как ее отправили прислуживать за столами, выбор был не велик. К тому же я проследил, чтобы она не забывала выполнять почтение перед мужчинами, показал, как надо ползать в присутствии мужчин и приносить счет в зубах. Такие вещи не проходят бесследно для женщин, даже для свободных женщин.