— Ты что, правда, решил, что мы могли бы сдать город? — поинтересовался Амилиан. — Ты что же, не знаешь, насколько долгой и изнурительной была эта осада? Ты забыл, какими длинными и кровопролитными были бои? Разве Ты не знаешь о потерях Коса под нашими стенами? Ты действительно думаешь, что мы не знаем, какая судьба ждет нас, если мы откроем ворота?
Мужчина, удерживавший мою привязь под ногой, сделал ее еще короче, заставив меня согнуться в три погибели.
— Но где же тогда армия Ара, которая должна была снять осаду? — вдруг спросил молодой парень, стоявший позади и заговоривший впервые за все время.
— Надеюсь, что они находятся на пути сюда, — вздохнул Амилиан.
— Но почему они до сих пор не прибыли? — не отставал воин.
— Не забывай о своем возрасте, — шикнул на него мужчина в возрасте стоявший рядом.
— Я был на стене столько же, сколько и вы все, — гордо отрезал молодой.
— Я не знаю, — тяжело вздохнул Амилиан.
— А не может произойти так, что они прибудут слишком поздно? — снова спросил молодой.
— Это тоже не исключено, — ответил Амилиан.
— Безопасность города в ваших руках, капитан, — сказал юноша. — Безопасность его граждан — это ваша ответственность. Думаю в свете всего случившегося, Вы должны рассмотреть альтернативу.
— Кто сможет сделать это? — спросил командующий.
Признаться, я не понимал, о чем они говорят.
— Я готов, — заявил молодой человек.
— Нет! — выкрикнул старший товарищ. — Мы готовы умереть до последнего мужчины, но не обращаться за помощью к такому!
— Они посмеются над нами! — поддержал его другой.
— Ты не был на реке, — покачал головой Амилиан.
— С Вашего разрешения, Капитан? — осведомился юноша.
— Иди, — кивнул командующий, приняв какое-то весьма непростое решение.
— Нет! — выкрикнул другой мужчина, но парень уже повернулся и направился на выход из зала.
— Ему не выбраться из города, — сказал один из мужчин.
— Он будет мертв еще до заката, — вздохнул другой.
— Слушайте, — обратил их внимание третий. — Трубы.
— Утренний штурм начинается, — заметил четвертый.
Амилиан поднялся и, покачнувшись, схватился за стул.
— Джентльмены, — обратился он к собравшимся, — пора занять свои места на стенах.
Потом он устало окинул меня взглядом.
— Насколько я знаю, — заметил Амилиан, — на стене тебя чуть было не повесили.
Я искоса посмотрел в его сторону, но ничего не ответил.
— Возможно, это и к лучшему, — кивнул он. — Повешение — слишком легкая смерть для шпиона.
Я попытался бороться, но все было бесполезно.
— Посадите его вместе с другим шпионом, — приказал Амилиан.
Глава 12
Камера
Я стоял перед открытой железной дверью. Веревку с моей шеи сняли.
— Снимите с него кандалы, — приказал офицер.
Наконец-то мои руки и щиколотки освободились от железа. При этом меня сразу взяли под прицел два арбалетчика. Можно было не сомневаться, что в случае любого их подозрения или моего резкого движения, эта история закончится двумя короткими тяжелыми железными болтами, вошедшими в мое тело.
Затем меня впихнули в камеру, и дверь с гулким стуком захлопнулась за моей спиной. Клацнул замок. Я стоял в камере, стены и пол которой были сложены из огромных плоских камней. Пол покрывал слой соломы. В углу лежала еще охапка соломы. Камера была квадратная и достаточно просторная, футов двадцать стороной. Свет проникал из окна расположенного высоко в стене. Окно, кстати, было зарешечено. Прутья около двух дюймов диаметром стояли через каждую пару дюймов.
Я обернулся и осмотрел дверь. Крепкая. С той стороны задвинуты стальные засовы. В двери имелось окошко для наблюдения за заключенными, в данный момент закрытое. Само собой открыть его можно было только снаружи. Еще в нижней части было узкая закрытая заслонкой щель, через которую, внутрь камеры передавали пищу. Обойдя место своего заключения по периметру, и осмотрев пол и стены, я пришел к выводу, что выбраться отсюда, нечего и мечтать. Эта камера из тех, попав в которые их обитатели, к своему разочарованию быстро обнаруживают, что они бежать отсюда им не светит, что они беспомощны, что они — самые настоящие заключенные.
Наконец, не найдя здесь ничего обнадеживающего, я повернулся к другому заключенному здесь лицу. Точнее к другой. Под моим изучающим взглядом она отпрянула и съежилась.
Около одной из стен камеры, стояла на коленях испуганная нагая женщина. Хм, ее колени были плотно сжаты. Когда меня втолкнули сюда, она протестующе вскрикнула и сжалась. В первый момент она мотнула головой и на мгновение подняла руки, словно хотела перебросить волосы на грудь и использовать их, чтобы частично прикрыть себя. Ее попытка закончилась стоном разочарования. Прикрыться ей было нечем. Волосы были острижены почти налысо. Тогда она сгребла вокруг себя солому и зарылась в ней, спрятав тем самым бедра и талию. Теперь, стоящая на коленях, зарывшаяся по пояс в солому женщина, в ужасе смотрела на меня, и пыталась, насколько могла, скрыть тело руками.