Я сжала зубы и медленно пошла по дорожке в обход туалета. Небольшая табличка на стене указывала, что далее расположен телефон. Может быть, там? Мелкие плитки красного и серого цвета вели меня вперёд, и я смотрела на них, а потом услышала голос.
— Соедините с ним! Умоляю, это правда… Мне назначали время… Что значит уехал? Простите, да, перешёл границы… Простите, я просто очень взволнован. Я звоню уже четверть часа… да, ещё раз простите. Я не могу сказать, по какому вопросу. Да, это я звонил ранее.
Голос показался мне странно знакомым. Это был дёрганный, искаженный фальцет, полный придыханий и сопения, как будто говоривший душил сам себя или заталкивал себе в горло трубку телефона… а через миг я узнала этот голос.
Мои ноги вросли в землю, а уши расцвели, как орхидеи. Было похоже, что говорившего соединили с новым абонентом. Интонация разительно поменялась.
— Господин Глава очень настаивал, чтобы я связался с ним. Боюсь, он весьма заитересован в моей находке. Да, я подожду. Я не могу сказать, по какому вопросу.
Бывает такое странное чувство, будто тебя макают в ледяной кипяток. Вам повезло, если вы никогда такое не переживали.
Наверное, думала я, я что-то неверно поняла. Голос Мара да Луны не мог говорить такие вещи. Он наверняка имел ввиду что-то, неверное мною истолкованное из-за недостатка информации. Вжавшись спиной в стену туалета, я ловила слова и звуки из-за угла, но ничто не изменялось — кипяток становился всё ледянее и ледянее, словно меня окунали в океан ядовитых иголок. Ночь стремительно входила в свои права, и я отстранённо подумала, что вот-вот появятся ночные патрули, а мне ещё надо поймать Тайка… Но я не ощущала себя. Я вся обратилась в слух, а ноги мои подкашивались. Вечер угасал.
— Господин Фернад ждёт моего звонка, ещё раз вам повторяю..! — обретя злость и раздражение, голос Мара стал куда более похож сам на себя, — Я слышал от него название «операция Старая Башня». Откуда мне знать, что это такое. Но это то, чем я занимаюсь. Да, я перезвоню, но имейте ввиду, что добыча вот-вот уйдёт! На нас охотятся ТЕ, другие! Поторопитесь, если вам она нужна! Кое-кто ценный, нужный господину Фернаду. Иначе нас схватят к Тени собачьей!
Трубка грохнула о скобы. В голосе Мара я различила отчаяние и ужас. Раздались шаги в мою сторону, и я немедленно заметила, что с обсаженной кустами дорожки не сойти без шума. Почти непроизвольно я дала себе возможность взмыть над кустами и замерла в тенях. Хорошо, что уже практически ночь. Ночью я могу и так. В моё лицо, руки и ноги попеременно вонзались холодные воображаемые иглы…
Дезориентация…
Мимо меня прошёл Мар. Он шагал нервно и прыгуче, испуганно оглядываясь по сторонам и по временам отпуская краткие проклятия. Я различила что-то о себе, непонятных трупах и милиции.
Я вернулась на дорожку и пошла следом. Ноги сами несли меня — узнать правду — это казалось единственным направлением, куда я вообще могла идти.
Что происходит? Кто добыча? Кто эта… она?
Мар мой друг. Мар столько лет был моим другом. Я когда-то даже хотела за него замуж. Он прекрасный человек. Он сказал, что я для него дороже жизни, ну не стал бы он говорить такое напрасно?!
И он пытался связаться с человеком по имени Фернад. С недоступным и опасным человеком по имени Глава Фернад, окруженным сотней наглых и заносчивых секретарей и охраны. Операция «Старая Башня». Башня. «Белая Башня». Разве не Фернадом зовут Старейшего Семьи да Райхха, её Главу? Но… ЭТО НЕВОЗМОЖНО!
Я же для него дороже жизни. Он же мой друг.
Я не могла даже мысленно произнести то, что из этого вытекало. Но голова моя, как ни странно, работала словно бы независимо от дрожащего и ослабевшего тела. Ледяной кипяток накатывал на меня, как морской прибой, но я шла более или менее ровно и не теряла из виду силуэт Мара.
Далеко впереди он вынырнул из парка и громко выругался над пустой скамейкой. В его голосе я различила отчаяние на грани истерики. Он в растерянности поводил руками, оглядывался — может, гадал, не схватили ли нас с Тайком за те полчаса, пока он звонил, или гадал, что будет, если это действительно так. До меня донёсся жалобный всхлип, но затем он взял себя в руки.
Я стояла в тенях и напряженно думала, всё ещё ощущая дезориентацию и ужас.
ПОЧЕМУ?!
Что происходит?!
Чего я не понимаю?! Что с Маром?
Фернад. «Старая Башня». Старая — в память о той, что была полита кровью..? Что стоила жизни сыну Главы Семьи и его лучшим людям? Зачем я им?! Чего я не понимаю? Мною некого шантажировать. Некому мстить. Тот, кто виновен в гибели Фергажа, давно убит. Я же почти бесполезна в играх Мира. Если только кто-то не слил информацию о… Но мои мозги умудрились извернуться и перестать думать на эту тему. На тему своей расовой принадлежности в контексте Десятки.
Я просто узнаю всё сама.
Мар в отчаянии побежал по парку. Я кинулась ему наперерез.
— Мар!
Он запнулся, оглянулся и немедленно заключил меня в объятия столь дружеские, что не верить в это было невозможно.
— Куда вы ушли?! Я чуть с ума не сошел! Я уж знаешь, что подумал! — искренне закричал он.
— Тут были милицейские мобили, — пожала плечами я, — Мы решили не сидеть на виду.
— Ну какая же ты умница! — расцвёл Мар. Его худощавая физиономия лучилась счастьем, — Сандочка, ну как же я рад, что ты цела! Я испугался не на шутку.
— Как твои знакомые? — спокойно уточнила я.
— Мои знакомые… о!.. придётся ещё раз набрать номер. Не берут трубку, — весьма достоверно приуныл Мар.
Я кивнула.
— Скажи мне, что происходит, Мар. Мне кажется, тебе есть что рассказать мне, если мы друзья.
Он удивлённо поглядел на меня.
— Санда? Что ты имеешь ввиду?
Я миг поколебалась, но тонкие интриги никогда не были моим коньком…
— Я имею ввиду операцию «Старая Башня» и кое-кого по имени Фернад. Ему нужна какая-то «она», и она же «добыча», и им лучше бы поторопиться, если это им интересно.
Если бы в Мара врезался грузовик, эффект вряд ли был бы меньшим. Но затем он изумлённо хлопнул глазами, задержал дыхание и спросил:
— О чём это ты?
— Послушай, — сказала я, начиная терять терпение, — ты слышал. Если у тебя проблемы, ты мог просто попросить моей помощи! Я же всегда за тебя. Тебе угрожают? Почему ты делаешь что-то за моей спиной?
Мар покачал головой.
— Ты вообще понимаешь, что ты говоришь? Мы столько соли съели вместе, пережили всё это, бежали из Тер-Карела, у меня к тебе вроде как Долг Жизни… — и ты утверждаешь, что у меня какие-то дела за твоей спиной?! Ну не бред ли это? — возмутился Мар. Он тяжело дышал и выглядел возмущённым.
Я набрала воздуха и сказала:
— Да. Я утверждаю. Но ради нашей дружбы и всего, что мы пережили, я прошу у тебя объяснений. Я не хочу ссор из-за недопонимания. — Он выглядел по-прежнему оскорблённым, и потому я добавила, — Ведь есть же вероятность, что сказанное тобой по телефону объясняется как-то просто и безобидно. Я слушаю.
Мар вздохнул.
— Одну минутку, — покачал головой он, — Мне жаль, что ты оказалась в таком положении, Санда. Хорошо, сейчас ты поймёшь. Всё очень просто. Я кое-что тебе покажу. Сейчас.
И он полез за пояс штанов или в задний карман.
Я выхватила «треккед» почти одновременно, и два ствола уставились друг на друга, как птицы в полёте, за миг до столкновения. В руке Мара был сжат его «рудди». Я помнила, что там ещё оставались три патрона, но бронебойная комитетская «десятка» явно перевешивала дамский пистолет по огневой мощи.